Режиссёр Андрей Смирнов в интервью сайту Colta.ru рассказал о страхах Михаила Ромма:

Ромм был человек абсолютно незащищенный, открытый. Мы многих вещей не знали в ту пору. Ведь Ромм родился в Иркутске, родители были меньшевиками, ссыльными. Это еще страшнее, чем белогвардейцы. Потому что как Сталин расправился сначала с меньшевиками, а потом с эсерами, невозможно себе представить. Поэтому я только теперь понимаю, под каким страхом мог жить Ромм.

Ромм рассказывал нам, студентам, по ходу лекции о том, как жили при Сталине. Ты получаешь Сталинскую премию — чемодан денег, потому что это 100 тысяч рублей. Это как миллион долларов сейчас. Ромм говорил, что носишь его с одной мыслью: прогулять и пропить как можно скорее, а то посадят. Но мы тогда думали, что лауреат пяти Сталинских премий кривит душой. Ну не может такого быть. Тем более все знали, что Сталин его любил.

А через много лет, уже когда Ромм лежал в могиле, мы с Райзманом гуляли в Болшеве, где Дом кинематографистов. И он рассказал сцену 36—37-го года. Райзману не спалось, встал в шесть утра, вышел во двор с собакой. Через пять минут вылетает из дома Ромм и говорит: «Юлий, я сейчас по радио услышал — мне Сталинскую премию дали. Значит, не посадят?» Мне сразу припомнился тот рассказ Ромма студентам. И этот рассказ Райзмана подтвердил его абсолютную точность.


Ещё интересное про Ромма:

Для третьей серии «Ивана Грозного» Эйзенштейн придумал большую сцену аудиенции у королевы Елизаветы. На роль рыжей Бесс он пригласил своего друга, начальника Главка художественных фильмов Михаила Ромма. Будущего учителя Тарковского, Шукшина, Данелия, Панфилова, Михалкова. Режиссера фильмов «Девять дней одного года», «Обыкновенный фашизм», «Ленин в Октябре», «Ленин в 1918 году» и многих других.

Михаил Ильич согласился с радостью.

Но неожиданно пришел приказ из Москвы, запрещающий Ромму сниматься в роли Королевы-девственницы. Начальник Главка не может играть женщину! Остались только чудом сохранившиеся кинопробы.