П

Программа Ц: Реалити-шоу на российском телеэкране

Роман Третьяков, экс-участник проекта «Дом–2»: Очень важно русскому человеку почувствовать, что та задница, в которую он попал, она вовсе не является таковой, потому что где-то есть человек, которому еще хуже.

Илья Переседов, журналист: Когда эти дети, не знаю, там из спальных районов, откуда-то еще, которые живут простейшими страстями, они начинают смотреть «Дом–2» и они видят, что нужно договариваться, нужно разговаривать…

Катя Гордон, телеведущая: Вызывают через пару недель на «Лобное место» этого Пашу и спрашивают там: «А почему ты здесь две недели на наших харчах еще не трахнул Машу?»

Алёна Водонаева, экс-участница проекта «Дом-2»: Вот если вы захотите задать мне какие-то вопросы, то я обязательно на них отвечу, да. Но, не с тобой, я больше не хочу с тобой разговаривать. И, если сейчас я чувствую эмоцию негативную уже по отношению к тебе, я уже сейчас могу с тобой подраться.

Ксения Бородина, телеведущая: Вы простите? я поспорю, потому что у меня есть выбор: или вести это шоу, или не вести, а у Вас нет выбора: вести или не вести, потому что Вам не предлагали.

И. Переседов: Мы встречаемся здесь и постоянно обсуждаем тему кризиса в самых разных его проявлениях. Сегодня хотим поговорить о социальной ответственности телевидения, с одной стороны, а с другой стороны – что ждет телевидение во время кризиса. Ксюш, давай ты расскажешь: на вас кризис как-то повлиял?

К. Бородина: На меня конкретно или на наше шоу?

И. Переседов: Нет, на шоу, на шоу, естесственно.

К. Бородина: А то я могу о своих бедах сейчас рассказать.

И. Переседов: Нет, ну о бедах конечно…с удовольствием.

К. Бородина: Я шучу. Вы знаете, на наше шоу кризис никаким образом не повлиял. «Дом–2» это, по-моему – это единственное шоу, на канале ТНТ, которое снимается каждый день, на котором работает огромное количество персонала, да?… и, собственно говоря, ничего не изменилось.

И. Переседов: А если говорить о запросах аудитории?

К. Бородина: Если говорить о запросах аудитории, я могу сказать, что по рейтингам, все как было, так и осталось, то есть – замечательно.

И. Переседов: Изначально была идеология – выиграть дом. Сейчас у вас там уже чуть ли не военный городок какой-то построили.

Р. Третьяков: Идеология – построить пару  и выиграть дом.

К. Бородина: Да, дом построили.

И. Переседов: Сколько домов у вас уже там построено?

К. Бородина: У нас уже, практически, город. Около четырех. Четыре.

И. Переседов: То есть, о том, что как-то раздавать дома все уже забыли?

К. Бородина: Ну, конечно, это шоу должно было длиться три месяца, потом, спустя два месяца мы поняли, что рейтинги колоссальные  и, наверно, надо как-то этим воспользоваться. И, естественно, поменяли концепцию. Да? То есть,  уже идеи, которые были изначально, они ушли на задний план, то есть, я имею ввиду, там: построить дом. Да? Хотя, дома мы продолжали строить, но уже все забыли, о том что его надо выиграть и уже занимались построением отношений.

И. Переседов: Помню, когда еще, наверное, шоу начиналось, ну, давным-давно уже, я  отсматривал его как-то, как культурный феномен, у меня возникала ассоциация, что это первобытное племя, которое, вот, живет таким своим внутренним миром на некой территории. За воротами – это какой-то иномир, оттуда приходят люди, умершие уходят туда, а потом возвращаются…

К. Бородина:
Нет, как раз есть такое же шоу по поводу племени, но на другом канале, тоже очень удачное. У нас нет, у нас как раз…без племени все хорошо.

И. Переседов: Ну, я нет, я… племя – посиделки у костра, Собчак как богиня, которая спускается и дает откровение, ты как шаман – проводник этой идеи…

Алёна Водонаева:
Ничего себе, как вас колбасило-то, когда Вы смотрели…

И. Переседов: Да, да, да…

Алёна Водонаева: Племя какое-то казалось… в принципе, все по-разному воспринимали, кто-то может быть и так.

И. Переседов: Нет, ну первая реакция-то у меня была: это какой-то филиал программы «В мире животных», вот, а потом уже… я подумал…

К. Бородина: Ну, разные ассоциации, кстати, говорили, что мы похожи на пионерский лагерь, да, вот Вы говорите – «племя», кто говорит, что просто «психушка» и так далее…

Катя Гордон: Безусловно, в период кризиса, программа «Дом–2» будет поднимать рейтинги, это закономерность. Развлекательное телевидение в период смыслового и экономического апокалипсиса всегда в цене, и, безусловно, будущее, к сожалению, за развлекательными каналами, и ничего мы с этим не сделаем… Я хочу сказать только одно, на мой взгляд, программы такого рода должны быть просто на платных телеканалах и, если мы с вами договариваемся о том, что рейтинги и тиражи – это показатель качества, ну, тогда бессмысленны любые разговоры. Потому, что тиражи всегда будут у странных барышень, которые рассказывают, как выйти замуж за миллионера, потому, что любая среднестатистическая необразованная девица этого хочет. Тиражи и рейтинги всегда будут у передач, на которых люди ругаются, совокупляются… Нужно определиться в понятиях, вот, что мы считаем знаком качества, что такое хорошо, что такое плохо. А у нас с этим в стране и так проблемы.

К. Бородина: Ну, странно, потому, что вы, Кать, вы – публичный персонаж, так Вас назовем, да?,  и вы говорите о том, что рейтинги, это всего лишь рейтинги. Мне кажется, – для человека, который работает на телевидении, как раз, который создает какие-то передачи и который создает какие-то программы, да?, как раз главная цель –  это рейтинги.

Катя Гордон: Если любой публичный персонаж не несет ответственности за свои слова, что-то делает исключительно ради рейтинга, то это человек, не обремененный понятиями совести, …и, вообще, человек, который, в общем-то, вероятно, действительно целью своей видит обогащение и славу…

И. Переседов: И, если бы это была программа «Гордон-Кихот», мы бы сейчас ушли на рекламу, а я спрашиваю у Романа Третьякова: – Роман, когда мы с тобой перебросились парой фраз перед началом программы, ты назвал шоу «Дом–2» опиумом для народа. Я осмелюсь это процитировать. Ты можешь повторить эти слова и прояснить их?

Р. Третьяков: Ну, а что еще смотреть? Мне кажется, что как раз вот Катя была права лишь в том, что в период кризиса, действительно, у развлекательных каналов вырастают рейтинги и, в общем-то, и не хочется смотреть…

И. Переседов: Нет, погоди, Ром, ты употребляешь наркотики?

Р. Третьяков: Нет.

И. Переседов: Ты сторонник легализации наркотиков?

Р. Третьяков: Нет.

Катя Гордон: Почему ты страну хочешь посадить на опиум?.. да, такая логика?

И. Переседов: Вообще-то да…

Р. Третьяков: Я не знаю, почему, вообще-то как ты так привязал «Дом–2» и наркотики, по-моему…

И. Переседов: Но ты сам говоришь, что «опиум», это «опиум для народа»…

К. Бородина: Это образ…

Р. Третьяков: Это образное выражение.

И. Переседов: Но оно негативно окрашено?

Р. Третьяков: Человек из раза в раз хочет что-нибудь посмотреть, … то есть, когда он жует перед телевизором, ему нужно включить какой-нибудь канал и куда-то уставить свой взгляд. Он включает «Дом–2» и, в общем-то, на время отключается. И от кризиса, и от того, что уволили с работы, и от того что… и ему в какой-то момент становится, знаешь, очень важно российскому человеку почувствовать, что та задница, в которую он попал, она вовсе не является таковой, потому что где-то есть человек, которому еще хуже.

И. Переседов: Вы являетесь примером для тысяч и тысяч молодых людей и, вообще…

Р. Третьяков: Нет… я думаю что…

И. Переседов: В сознании подростком «Дом–2» – это такой «рай на земле».

Р. Третьяков: Нет… просто, вот, допустим, я…

К. Бородина: Смотри, нет, секундочку, по поводу «рая на земле», как бы я ни сказала – это жизнь, да?, у ребят… и жизнь достаточно сложная. И люди это смотрят, и им это интересно, так скажем. Какие-то моменты проецируют на себя, но я всегда говорю о том, что надо брать из этого проекта лишь хорошее.

Р. Третьяков: Я никак не могу понять, почему все шишки в этом плане всегда сыпятся на «Дом–2», хотя, посмотрите любой фильм. Любой фильм – обходятся без драк? Ну, там и ширяются, в общем-то открыто, да?, у нас есть транспотинг, у нас есть куча фильмов, которые о-бо-всем вообще на свете и, по сути, являются популяризацией и наркотиков, и, я не знаю, там, и  … там, аморального образа жизни…

И. Переседов: Я хотел как раз сейчас уточнить у Ксюши, давай уж мы на «ты» перейдем…

К. Бородина: Конечно.

И. Переседов: Хорошо? В таком формате…  Значит, есть шоу, не будет уж сейчас называть, но… где героев помещают в экстремальные условия, ну, там, выживания.

К. Бородина: Да.

И. Переседов: Им очень тяжело. Они там по болотам ползают… это один имидж проекта. Другой имидж, насколько я понимаю, у вашей программы – это когда людей помещают в очень комфортные условия, где они уже не должны потом и кровью зарабатывать кусок хлеба, потому что никто же из нас не верит, что Роман за три года участия в проекте, или сколько там?, перемесил десять цистерн с цементом.

Р. Третьяков: Ну это понятно, да. Никто… да Ксюша уже сказала, что у проекта не стоит задача строить. Фактически.

И. Переседов: Я понимаю, так вот, они оказываются в очень комфортных условиях только для того, чтобы их человечность раскрылась и вот… они посвятили себя…

К. Бородина: Ты хочешь знать в чем сложность нашего проекта?

И. Переседов: А ты говоришь, что сложно…

К. Бородина: В чем сложность нашего проекта?  Нужно двадцать четыре часа находиться под прицелом телекамер, это раз, а это не так легко… Второе  – твоя жизнь напоказ, да?, и она обсуждаема. И как есть позитивные мнения, и так и куча негативного… а, это два. И третье – ты находишься в замкнутом пространстве, все-таки, и вот та свобода, которую ощущал до, да?, ее уже нет сейчас.

И. Переседов: Давайте Алёне Водонаевой слово предоставим…

Алёна Водонаева: О Кате, именно, я узнала тоже из скандальной ситуации. Я уже потом заинтересовалась ею как персоной, обратила внимание на то, что она довольно умная интересная девушка, о том, что…

И. Переседов: Красивая.

Алёна Водонаева: Ну, естественно, красивая, но мы же не комплементы пришли…

Катя Гордон: Что, в отличие от кого-то, что ли…

Алёна Водонаева: Вы меня сбили…

Р. Третьяков: Мне кажется, что витает здесь одна фамилия, которую мы все не произносим…

Алёна Водонаева: Как лорд Волан де Морт…

И. Переседов: Я вообще хотел про другое спросить у Алёны, но, если она начала про скандальность и Гордон, то почему бы и нет…

Алёна Водонаева: Да, то есть, естественно, скандальность на реалити-шоу она популярна, точно так же как скандальность в прямом эфире радио-«Маяк».

Катя Гордон: Однозначно, … не спорю…

Алёна Водонаева: Большое количество людей притянулись так, как магнитом…

Катя Гордон: Абсолютно не спорю, Вы правы на 100% , другой момент, что мы можем сейчас или продолжить лицемерие и говорить, что это вроде как естественная жизнь, и вот она идет своим ходом, мы можем сказать честно, что есть некие там, медийные, технологии, где совершенно понятно, что и проект «Дом-2» – это некая отчасти и постановочная история, где есть некие провокаторы, которые там вводятся в проект совершенно с конкретной задачей…

Алёна Водонаева:
Я думаю, что не то, что там вводятся, Кать, они просто выбираются редакторами, именно типажи.

Катя Гордон: Да, безусловно, то есть, в любом случае, это не некий остров естественной жизни, вот, собственно говоря, мы…

Р. Третьяков: Ну, ты же понимаешь, да… Вот смотри…

Катя Гордон: На самом деле мы чистые и невинные, вот посмотрите мы такие же как вы – это игра. Что делает этот проект? Он предлагает нашему народу, уставшему  бедному, некую альтернативу реальности.

Катя Гордон: Если смотреть трезво на этот проект, там нужно заменить всего лишь одно слово. Нужно заменить слово «любовь», на слово, там, «совокупляться», или, там, ну, допустим, «трахаться». То есть, открываются, эти значит, эти врата,…

Алёна Водонаева: Какие страшные слова Вы называете…

Катя Гордон: Входит, значит, мужчина и говорит. Там люди, которые собрались на «лобное место», вот я даже знаю как это там  называется, говорят: «Ты Че пришел?», говорит: – Я пришел трахнуть Машу. Все говорят: – А ты знаешь, что Маша трахается с Петей? – Я знаю, но я буду стараться… Дальше, значит, вызывают через пару недель на «лобное место» этого Пашу и спрашивают: – А почему ты здесь две недели на наших харчах и еще не трахнул Машу? А он говорит, – Но Маша меня не хочет. – Маша, а почему ты не хочешь трахнуть Петю? И вот ужас всего происходящего.. то есть это на самом деле драйв передачи…

Р. Третьяков: Нет, а мне интересно почему…

Катя Гордон: Это дрес передачи – 100%…

К. Бородина: А в жизни мы это будем называть любовью…

Р. Третьяков: Нет, а почему именно…

Катя Гордон: И при этом лицемерия у всех участников проект хватает называть это «любовью»… То есть, когда, значит, офигевшая мама Маши смотрит на этот беспредел, потому что там, действительно, людям в какой-то срок срочно нужно к кому-то пристроиться, чтоб тебя не погнали, потому, что тогда ты, черт возьми, не строишь «любовь»… И, значит, а люди, значит, заменяют реальность, говорят, что это мы строим любовь, а когда они прощаются, на самом деле, вы все вместе должны были говорить не: «Мы здесь счастливы!», а «Мы трахаемся!», тогда бы не было претензий, а тут происходит лицемерие…

Р. Третьяков:
Мне кажется, у Кати какие-то сложности…

Алёна Водонаева: Да, какие-то сложности – это точно.

Катя Гордон: А это, кстати, тоже такой стандартный прием: а у Вас сложности, или у вас мужика…

Алёна Водонаева: Нет, а после этого еще…

К. Бородина: Катерина, когда мужчина хочет заняться с Вами любовью, он Вам так и говорит: – я хочу с вами трахнуться?

Катя Гордон: Нет, для меня то, что происходит на «Доме–2» и понятие «любовь», это действительно разные вещи, если для вас это понятия идентичные, мне вас тогда жалко.

К. Бородина: Могу сказать, может быть, возможно, я бы так же говорила, если бы не было фактов о том, что у нас состоялись браки на проекте да?, и эти браки удачные, люди ушли из проекта, продолжают строить свои отношения…

Алёна Водонаева: Дети есть…

К. Бородина: Да, более того, есть дети… вот и все…

Катя Гордон: Но это единичные случаи, правильно? А все остальное, какие-то…

Р. Третьяков: Нет! Кать, Кать…

Алёна Водонаева: И в жизни точно так же.

К. Бородина: Это же не ЗАГС, правильно?

Катя Гордон: Я готовилась, я специально поговорила с каким-то количеством участников проекта, которые правду на камеру боятся говорить, потому что они все, кусая ногти, говорят: «Ну это была моя площадка». То есть это все равно, что я вот буду сидеть и говорить: – Спасибо Мане, которая, значит, со мной поругалась и теперь никто не в курсе, что я там пишу стихи, делаю то-то и то-то, а меня ассоциируют с хабальством, вот, вот…потому что, там, персонаж тоже ассоциируется тоже с этой темой. То есть, я-то, если честно, не благодарна скандалу, и я считаю, что каждый из вас тоже не должен быть благодарен проекту, который показал вас с этой стороны. Каждому из вас, по хорошему, нужно теперь отмываться и доказывать как-то, какими-то реальными делами, что-то… вот и все.

И. Переседов: Я теперь понял значение фразы: «Вот оно подлое хавайне».

К. Бородина: Мы отслеживали, и есть такой момент на телевидении, когда можно отслеживать, в какие моменты больше всего зрителей смотрят. Когда случались драки на проекте, как раз вот те же самые зрители и показали нам, что нам это больше всего и интересно.

Катя Гордон: Вот и вся правда жизни…

К. Бородина: И пишут sms-ки на проект, да?, внизу там: «А что-то стало скучно, что-то вы все целуетесь и целуетесь, ну и что, вот…» И вот реально,  люди пишут такие вещи.

Р. Третьяков: Катя в своем разговоре, мне кажется, чаще всего призывает к бездействию, как таковому. Нельзя забывать, что «Дом–2», в основном, программа, которая торгует, эмоциями человеческими. И они, безусловно, должны возникать в кадре.

Катя Гордон: Вы сами это сказали.

Р. Третьяков: Не сексом.

Катя Гордон: Торгуют эмоциями.

Р. Третьяков:
Ну, а все мы чем-то торгуем. Эфирным временем, рекламой, лицом.

Катя Гордон: Но они низкочастотные, каким образом? – или скандалом, или сексом. Две темы. Это не вы придумали. Это правда жизни.

Р. Третьяков: Да.

И. Переседов: Какими эмоциями, Рома, Третьяков, скажи, какими эмоциями, на твой взгляд,

Катя Гордон: Вы торгуете
И. Переседов: Торгует канал «Дом–2», я уже буду…

Р. Третьяков: Канал «Дом–2», ух, ты.

Катя Гордон: Кстати, правда, хорошая оговорка.

Р. Третьяков: Эмоциями.

И. Переседов: Какими?

Р. Третьяков: Любыми. Проект интересует ровно как построение отношений, так и их разрушение. То есть, прямая линия – не интересна. То есть, люди, которые находятся в состоянии комфорта друг с другом и в гармонии – их не показывают. Показывают либо становление отношений, то есть, самый начальный период, и насколько герои смогут красиво это сделать, ровно настолько «Дом–2» это будет показывать. И, естественно, разрушение.

И. Переседов: Я хочу сказать слово в похвалу «Дом–2». Я уже упоминал, наверное, – первая реакция у меня была совершенно негативная, к этой программе. Потом я начал понемногу теплеть. И, вот, первое, что меня шокировало, это обилие разговоров. Говорят, говорят, говорят, причем говорят о вещах, о которых говорить ну вообще не надо. Ну нет смысла. Да. А потом я понял, что это очень хорошая школа такой социализации. Потому что, вообще, ситуация, ну, такая, опять-таки, либо первобытная, либо бандитская. Если запустить сценарий «Дома–2», как он в естественной среде развивался бы, то какой-нибудь герой Степа должен был бы кайлом проломить башку какому-нибудь герое Роме, например, там, всех укокошить, все спалить, схватить Алёну Водонаеву и на пепелище, значит, там же доказать свою мужественность… Ну, есть такая динамика… согласись…

Катя Гордон: Страшно…

И. Переседов: Но при этом, но им нельзя…

Катя Гордон: У тебя какие-то проблемы, сейчас тебе скажут…либо сексуального порядка…

И. Переседов: Но им нельзя… Поэтому они вынуждены как-то говорить между собой, развивать эту речь, и просто видно, как они себя пересиливают. И в итоге получается такой великолепный Роман Третьяков.

К. Бородина: Вот смотри… Можно еще размышляя, если бы нас снимали в восемнадцатом веке, допустим, то вместо голосования, когда человек не уходил бы за ворота, ему бы просто отрывали голову, например,…

И. Переседов: Сжигали…

К. Бородина:
Или сжигали.

Р. Третьяков: Тоже кстати, в интересном варианте шоу получилось бы …

Алёна Водонаева: Хорошее, кстати, нужно взять на заметку…

Р. Третьяков: Как раз рейтинги больше были бы.

Катя Гордон: Вот я, Катя Гордон, подозреваю, что рейтинг не всегда является оправданием. И, если ты, отдельно взятый человек, получаешь некую публичную площадку, то ты должен не эксплуатировать вот эти низменные, физиологические, там, потребности аудитории, а, в принципе, можешь, при этом, что-то сделать, хоть как-то заложить.. для меня пример был: Гена Бачинский, Царство ему Небесное, который, в принципе, очень просто, иногда даже провокационно, употребляя какие-то словечки, даже на масс-аудиторию, все равно вносил какие-то сверх-смыслы. Он это делал настолько умело, что и  вот эти вот, и лохи, да позволю себе так назвать, радовались тому, что он сказал слово «жопа» в эфире радиостанции, но и интеллектуальные люди тоже понимали, что не все так просто.

И. Переседов: Нет, ну, ты хитрая, потому что о мертвых либо хорошо, либо никак, а  я…

Катя Гордон: Ну, о Гене, по-моему, только хорошо…

И. Переседов:
А я, Илья Переседов, скажу, что ты, по-моему, не ухватила мою мысль, потому что я говорил как раз о социализирующей роли этого шоу. Что, вот, есть, ну не будем говорить, лохи, не лохи… Ну, вот, есть обилие молодых людей, которые вообще не знают как в жизни определиться.

Катя Гордон: Нарушает процесс социализации…

И. Переседов: И они вот… секундочку…

Катя Гордон: Ты не прав…

И. Переседов: Дай мне договорить…

Катя Гордон: Извини, все-все, больше не буду тебя перебивать. Он не выстраивает реальные отношения, он приходит, включает «Дом–2», подсаживается просто к этому… три раза в сутки выходит…

И. Переседов: Кто способен выстроит реальные отношения…

Р. Третьяков: Четыре.

К. Бородина: Четыре.

И. Переседов: …Тот не будет смотреть «Дом–2», или он выстроит реальные отношения и будет смотреть «Дом–2», пожевывая сэндвич. Я говорю сейчас о другом, социализация в другом происходит, когда эти дети, я не знаю, из спальных районов, откуда-то еще, которые живу простейшими страстями, они начинают смотреть «Дом–2» и они видят, что нужно договариваться, нужно разговаривать, нужно что-то с собой делать: мыться, причесываться и так далее и тому подобное, там же не только девушки накрашиваются перед эфиром?

Катя Гордон: И парни?

И. Переседов: И молодые люди стараются за собой следить, да?, когда у него сложатся какие-то отношения, так с той же соседской девочкой, она захочет сумочку  как у Ксюши Бородиной, или часы, как у Ромы Третьякова, она будет своего этого молодого человека пихать… ну, в первый раз он выйдет на дорогу ограбит, а второй раз он поймет, что, во-первых – посадить могут, а во-вторых – что ему еще нужен к этой сумочке или к эти часам – социальный статус, устроится в автосервис работать.. и так далее и тому подобное… вот происходит процесс социализации.

Катя Гордон: Так это же бездельники. О чем ты говоришь? Там люди сидят по нескольку лет на дом-двашную зарплату, вот и ни фига не делают. О чем ты? Какая социализация? Наоборот, он посмотрит  и решит что…

Р. Третьяков: Нет, Кать, ты не права, когда говоришь, что ребята ничего не делают и мы абсолютно не дадим тебе в этом соврать.

Катя Гордон: Ну, нет, они поют, они пытаются продавать некие навыки: хреново поют, значит, учатся лицемерию ежедневно,  потому что нужно прийти и наврать. Единственное, чему они учатся и они умеют это делать, любой в споре, … я уверена, что Алёнка меня переспорит, точно, потому что в этих провокационных перепалках на «лобном месте» они, действительно, поднаторели. И поэтому я всегда проиграю в споре Ксении… и другой способ…

И. Переседов: Ксения, а у тебя нет сейчас «дежа-вю», что мы сейчас на «лобном месте»?

Р. Третьяков: Причем ты не ведущий, а Ксюша как раз, …тут костер должен гореть у нас…

И. Переседов: Кошмар, а?…

Катя Гордон: В словесных манипуляциях я подозреваю, что они, действительно, обретают какие-то навыки…

Р. Третьяков: Ну, вот…

Катя Гордон: Можно продавать дальше в медиа…

Алёна Водонаева: Я бы сейчас, в 26 лет, не побоюсь этого страшного слова,

Р. Третьяков: Тебе 26 лет, ого…

Алёна Водонаева: Да, дорогой, … я бы не пошла участвовать в это телешоу, мне не было бы по-кайфу, я закончила университет, я получила диплом, я подумала, что у меня есть еще два года кайфануть, до того как я начну работать, и я просто захотела устроить себе вот такое развлекалово, я пошла туда, а,  в основном, в моем возрасте, там, и ребята, и мальчишки в двадцать лет, в двадцать два года – они тоже тусуются, они точно так же кайфуют. Просто «Дом–2» это такое…

Р. Третьяков: Социальное явление…  «Дом–2» должен стать

И. Переседов:
Извини, пожалуйста, мы же все видели, как тебя, там, на этом проекте, как щенка, то туда, то суда, кидали, лупили… Тебе это по-кайфу было?

Алёна Водонаева: Да? Покажите, пожалуйста эти кадры.

Катя Гордон: С Бонькой подрались, глаз ей разбили.

Р. Третьяков: О! Катя правда фанат…

Алёна Водонаева: Ну, а вы в жизни когда-нибудь дрались, вообще?

Катя Гордон: Я просто с Боней дружу

Р. Третьяков: А-а-а…

Алёна Водонаева: Вы дрались когда-нибудь? Вы ссорились с женщинами?

И. Переседов: Ты меня спрашиваешь?

Катя Гордон: Я никогда в жизни не дралась, ребята… поэтому для меня…

Алёна Водонаева: Да, я Вас спрашиваю

И. Переседов: Я думал это к Кате обращение

Алёна Водонаева: Да, Илья, ответьте на мой вопрос

И. Переседов: Нет, я с женщиной не дрался

Алёна Водонаева: Нет, спрашиваю, вы ссорились когда-нибудь с женщинами?

И. Переседов: Ссорился, конечно.

Алёна Водонаева: То есть у вас были конфликты с женщинами

И. Переседов: Ну были…

К. Бородина: С мужчинами, наверное, тут актуальнее, если …

Алёна Водонаева: А с мужчинами?

И. Переседов: Да, были.

Алёна Водонаева: Ну, вот это точно такая же обыкновенная жизнь, я, например, когда была молодая, мне очень нравилось провоцировать мужчин, мне очень нравилось устраивать драки, мне очень нравилось ругаться. Вот Рома не даст соврать, я и с Ромой тоже ругалась. Сейчас, естественно, все это отошло уже на другой план, сейчас другие приоритеты, другие увлечения, знаете, более жесткие. Сейчас мне садомаза нравится.

И. Переседов: Еще более жесткие?

Алёна Водонаева: Да.

Р. Третьяков: У каждого зрителя есть альтернатива: у него есть возможность включить, или не…

К. Бородина:
Право выбора. Конечно.

Катя Гордон: Нет выбора у современного зрителя.

Р. Третьяков:
Да, да, никто не говорит о том, что – смотри «Дом–2» и все.

К. Бородина: На все каналы, на которые нас приглашали на обсуждение программы, знаешь?, каждый раз нужно говорить, ну, извините, что вас не выбрали, выбрали нас, вот, вот нас смотрят, да?, каждый раз нужно оправдываться, и не понятно почему?

Катя Гордон: А потому что, не знаю, читают топик, как кто-то кому-то отрезал ногу, или Вася дал в глаз Пете… Давайте, не будем делать вид, что вы не понимаете, почему.

Р. Третьяков: В конечном итоге, все это бизнес, правильно же, ведь любая телепередача –это бизнес и, если, она не продается, если у нее не рейтингов, зачем она тогда на телеканалах?

Катя Гордон: Да, да, 100%.

К. Бородина: Когда ты открываешь какую-то фирму, ты,… не знаю, там, ты создал шоколадки, да, и если не рекламировать инее говорить, что они самые лучшие, и в чем-то даже не обманывать людей, потому что «Съев нашу шоколадку ты станешь большим и сильным», понимаешь, тогда какой смысл, ой, нет, что-то я обманул человека, сказал, что он сильным станет, нет, не надо выпускать эти шоколадки…

Катя Гордон: Смысл в личной ответственности. Одним воспитание и стыд не позволяют какие-то вещи делать и оправдывать их рейтингом, а другим – позволяет

К. Бородина: В чем аморальность, скажите, пожалуйста, вот конкретно

Катя Гордон: Есть…

И. Переседов: Я скажу

Катя Гордон: Давайте

И. Переседов: Я скажу, я сначала отмечу, что наверное, камеру, которая снимает Алёну Водонаеву, мы просто отдельным сюжетом выпустим. Ее перемещения по дивану, я думаю…

Алёна Водонаева: Мне, честно говоря, мне надоело уже все это обсуждать, можно я поеду домой

И. Переседов: Да, в принципе, можно, конечно

Алёна Водонаева: Правда?

И. Переседов: Да естественно, кто ж…

Алёна Водонаева: Сейчас у меня абсолютно нет желания разговаривать, потому что ты в своем разговоре очень некорректно выразился в мой адрес и я считаю, что вообще усатые мужчины так разговаривать не должны

И. Переседов: Я могу даже перед тобой извиниться
Алёна Водонаева:
Все-таки у меня, ну ты извинишься потом, обязательно,

И. Переседов: Это угроза?

Алёна Водонаева: У меня как-то… нет это не угроза…

Р. Третьяков: На колени

Алёна Водонаева: У меня усы ассоциируются всегда с чем-то… с Д’артаньяном, то есть с таким… с Боярским…, мне кажется, что это так достойно, так…

И. Переседов: Ну, нет, наоборот…

Катя Гордон: Ты не на «лобовом месте», расслабься,… не на «лобном месте»…

И. Переседов:
Да, действительно…

Алёна Водонаева: Да, я увидела тебя, я думала, что будут, действительно, хорошие какие-то вопросы, будут выжимки, такие выдержки… интересные…

И. Переседов: Алёна, я абсолютно не хотел тебя провоцировать, просто для меня действительно…

К. Бородина: Ты сказал – швыряли из стороны в сторону…

И. Переседов: Да, вот: «швыряли из стороны в сторону», ты это имела ввиду?

Алёна Водонаева: А что это значит, я понять не могу, это так грубо прозвучало…

И. Переседов: Для меня было шоком, когда ты сказала о том , что «мне это было по-кайфу», кстати, ты это подтвердила потом, в итоге… я вспомнил…
Алёна Водонаева: Я, вообще, не жалею ни о чем в своей жизни, ты можешь это понять? Вот, я честно тебе говорю, что она у меня была настолько насыщенная, настолько интересная и «Дом–2» это не единственный кусок в жизни, такой, о котором можно вспомнить. Я могу рассказать много чего еще, но не буду рассказывать ни об этом, ни о «Доме–2», потому, что, ты знаешь, у меня память плохая, и я, вот, забываю о том, что быдло раньше,… я вот не помню, как я там…

Р. Третьяков: Двадцать шесть лет…

Алёна Водонаева: Да, двадцать шесть лет,… я не помню, как я пять лет в университете училась, там, хотя мы учились, … я закончила фил-фак, у нас там вечно были какие-то увеселительные мероприятия, мы везде выступали, я этого не помню. Я точно так же не помню «Дом–2», естественно, у меня не всегда были хорошие отношения, и не всегда были хорошие отношения с мужчинами. Я довольно не простой человек, я не простая женщина, там, со мной… я не буду сидеть и… там как-то… во всем потакать. И вот сейчас я тоже психанула, вот на тебя, в частности,

И. Переседов: Угу…

Алёна Водонаева: И я хочу уехать.

И. Переседов: Ради бога.

Алёна Водонаева: И я не знаю, убьет ли меня Антон Прохоров, ради которого, собственно говоря, я сюда приехала…

И. Переседов: Я тебе гарантирую, он тебя не убьет

Алёна Водонаева: Мне самое главное, чтоб он меня не убил

Катя Гордон: Но зато «Дом–2» подготовил, мне кажется, реальную готовую телеведущую для провокационных проектов, потому что Алёна очень чувствует канву шоу и, на самом деле, вот благодаря ей, по крайней мере, сегодняшнее шоу будут смотреть, поэтому – браво.

Алёна Водонаева: Я обязательно приеду на портал Russia.ru, ребята, я вас подожду обязательно там, я сейчас пока поговорю там с ребятами, с друзьями, в общем, вот, если вы захотите задать мне какие-то вопросы, то я обязательно на них отвечу

Р. Третьяков: Я тебе позвоню

Алёна Водонаева: Да, но не я тобой, я не хочу с тобой разговаривать. Вот одна такая маленькая, маленькая соринка и все, вот, настроение у женщины меняется. Ты пойми, что мы существа гормональные, мы живем эмоциями, и если сейчас я чувствую эмоцию негативную уже по отношению к тебе я уже сейчас могу с тобой подраться, но чтобы этого не сделать, я пойду, ладно, милый?

Р. Третьяков: Только отстегни микрофон, тебя и так прекрасно слышно.

Катя Гордон: А я никогда не буду вести такое шоу, потому, что я не лучше или хуже, а это тоже мой выбор, я просто хочу сказать об одном, что понятно, что, если в большой театр принесут котенка и ему будут отрезать хвост, то любая публика будет смотреть на этого котенка, потому что это интенсивное действие, серьезный раздражитель, это конфликт, понимаешь? И, конечно, просто тут вопрос – доколе и куда мы эту линейку безобразия такого, с этической и моральной точки зрения, отпустим. Вот и все.

И. Переседов: Мне-то кажется, что это общий вопрос, вот это «доколе»…

К. Бородина: Выбор Катерины… Вы простите меня, я поспорю, потому что у меня есть выбор или вести это шоу, или не вести, а у Вас нет выбора его вести, потому что Вам его не предлагали

Катя Гордон: Нет, у меня нет выбора вести, потому что…

К. Бородина: Вы, уж, извините.

Катя Гордон: …Вы знаете, да, нет, я даже, если честно, не буду реагировать на эту подколку, просто я изначально, даже, если проследить, мое поведение,там, трехгодичной давности… я изначально говорила, что это не хорошо. Человек, который…

К. Бородина: Подождите, Катерина, я например, на этом шоу работаю не по сценарию… и если…

Катя Гордон: Человек, который не испытывает… дайте я договорю. Любой человек, который грезит о ведении подобного шоу, он никогда в жизни не будет это хаять, правильно? Я говорю о том, что понятия морали и этики, их не сформулировать, они вот, когда ты, особенно в культуре, они интуитивны и тут бесполезно о них говорить, особенно на телевидении, потому, что это низкий жанр, это, действительно не театр, и я еще раз вам говорю: – не нужно воспринимать в штыки иную позицию, правильно же? Не нужно. Вы пришли изначально, до того как началась передача какие-то были фразы, что «Ах, если бы, там, пришла еще одна ведущая, то точно рейтинг…»… вот, не бойтесь меня, я вам не враг. Все нормально.

К. Бородина: Подождите, а если бы пришла другая ведущая, то что?

Катя Гордон: Нет, вы, ну не важно, вы при мне, в третьем лице, какие-то говорили фразы, я поняла, что Вы в каком-то напряжении изначально. Я к Вам отношусь с большой симпатией…

К. Бородина: Нет, я абсолютно расслаблена, я по поводу того, что если вы считаете наше шоу аморальным, допустим, если Вам предложили бы вести «Дом–2», он не имеет никакого сценария

Катя Гордон: Я считаю, безусловно, я это говорила и продюсеру, у меня на программе…

К. Бородина:
У меня не никакого сценария, нет минуточку, у меня нет никакого сценария, то есть мне не говорят, там, похвали Рому и наругай Олю, понимаешь? У меня есть свое мнение, так же как есть мнение…

Катя Гордон: Это не нормально обсуждать публично сексуальные отношения человека. Это не нормально провоцировать людей на драку…
К. Бородина: Здорово, если бы Вы вели это шоу, могли бы спокойно об этом сказать человеку, с которым бы вы общались и вели тет-а-тет…

Катя Гордон: Это не нормально… я никогда в жизни не буду это вести. Я говорила это вашему генеральному продюсеру телеканала и я не считаю это… мое мнение: я считаю, что это не прилично и драка или разборки двух людей в замкнутом пространстве – это не то же самое, что разборки на всю страну. Вы учите ежедневно вот эту группку людей лицемерить. Они напоказ признаются в любви, они напоказ дерутся. Они напоказ устраивают скандалы и это, с этической точки зрения, действительно, неверно.

Р. Третьяков: И они делают это добровольно

Катя Гордон: Но это понять… и они делают это добровольно, вот это добровольное уродство –это не есть хорошо.

Р. Третьяков: Что значит добровольное уродство?

Катя Гордон: И поэтому… а это не сформулировать, для этого нужно читать литературу…

К. Бородина: Я не понимаю… вы публичный человек, вы когда выйдете замуж Вы думаете об этом не будут говорить? Писать об этом не будут? Я просто не знаю. Но Вам как кажется?

Катя Гордон: Я шесть с половиной лет была замужем. Вы не найдете ни одного публичного интервью о моем браке. Шесть с половиной лет, на секундочку, ни одного, за период брака.

Р. Третьяков: Ну, вот, смотрите, дело не в этом… вот тут мы у хорошего яблочка…

И. Переседов: Так все, я чувствую себя на стыке двух мега-проектов: «Дом–2» и «Катя Гордон», тут просто меня…

Катя Гордон: Да, нет…
Р. Третьяков: Неужели, Катя, в вашей семейной жизни, если на нее посмотреть скрытой камерой, все было вылизано?

Катя Гордон: Я не пущу туда скрытую камеру, ребята…

Р. Третьяков: Вот, во-от… Так вот…

Катя Гордон: В этом разница,… а вы, вы зовете, приходите «Я вас чаем угощу», в этом разница.

Р. Третьяков: В этом разница. Так прелесть…

Катя Гордон: Есть вещи интим-ны-е. Вы рушите у аудитории понимание интимного, сакрального, понимания любви.

Р. Третьяков: Почему? Мы не рушим… Никто из тех…

И. Переседов: Катя, здесь как раз Ксения точно обозначила, что если говорить о разрушительном эффекте, то аудитория сама себя разрушает, заказывая себе такое блюдо. Если ты будешь пить пепси-колу каждый день по 4 бутылки, то у тебя… разрушится печень.

Катя Гордон: Во-первых, где дают ему другое блюдо? Скажи, где ему предлагают другое блюдо? Пример? Телеканал Культура, это не пример, у них очень низкий рейтинг, у них даже реклама по этому не продается, потому что они не умеют это делать красочно…

И. Переседов: Не умеют.

Катя Гордон: … оригинально и современно, несмотря на то, что у них клевый контент. Нету другого блюда нигде. Пример.

Р. Третьяков: Я и говорю, это вопрос ко всему телевидению

Катя Гордон: Согласна, согласна.

И. Переседов: И подвожу итог сейчас, что единственное, что я вынес сейчас вот из этой программы, что, во-первых, мы обречены на «Дом–2», я поверил Ксюше, не буду комментировать…

Катя Гордон: Не они в этом виноваты.

И. Переседов: Я не буду комментировать свою реакцию на это известие. И второе, что я понял, что альтернативы у нас нет.

Катя Гордон: Нету.

И. Переседов: И, если говорить об улучшении, то можно говорить не о остановке этого проекта и создании чего-то нового, а, видимо, о каких-то изменениях внутренних и в этом…

Катя Гордон:
Сто процентов.

Р. Третьяков: Да, и еще не забывайте, что аудитория выбирает то, что она хочет смотреть.

Катя Гордон: В этом я не соглашусь, потому что есть PR, реклама и все прочее.

Р. Третьяков: Нет

И. Переседов: Все, большое спасибо всем, кто нашел время прийти…

К. Бородина:
Спасибо, огромное.

И. Переседов: И досидел до конца.

Катя Гордон: Спасибо.

К. Бородина: Очень приятно.

И. Переседов: Все, всего доброго, до свидания.

Илья Переседов

Добавить комментарий