П

Политические инстинкты. Терновый венец педагога. «Атомный» массаж

Добрый вечер! Вы слушаете «Столицу FM». Это пятница, 5 сентября, в Москве 19 часов 5 минут, у микрофона Илья Переседов и мы начинаем подводить итоги прошедшей недели.

Нужно заметить сразу, что за прошедшую неделю мы оказались в парадоксальной ситуации хороших новостей, которые не радуют. Хорошие новости в том, что вот уже 6 минут как на Украине действует перемирие между регулярными украинскими войсками и войсками непризнанных народных республик Донецка и Луганска. Перемирие это было подписано сегодня в ходе переговоров сторон при участии ОБСЕ и вот, собственно, с 18.00 по украинскому времени, с 19.00 по Москве это перемирие, будем надеяться, что началось. Новость безусловно хорошая, а не радует она потому что за прошедную неделю мы еще больше укоренились в такой атмосфере оруэлловского двоемыслия, когда официальные власти в России утверждают, что наши регулярные войска не участвуют в вооруженном конфликте на Юго-Востоке Украины, но при этом не делают ничего серьезного, чтобы подобные обвинения опровергнуть. Напоминаю, что весь европейский мир уверен, что мы воюем с Украиной. И не удивлюсь, если в этом уверены и наши союзники. Поскольку убедительность западных СМИ в таком единодушии и единомыслии весьма и весьма сильна. Вот, правда, союзники — наши ребята, которые ко многому привыкли.

Напоминаю, что в прошлую среду, 27 августа Дмитрий Песков в ответ на массовые утверждения в СМИ о том, что проходят похороны российских военных на российской территории, в первую очередь в Псковской области заявил о том, что это слухи, которые требуют дополнительной проверки. О результатах этой проверки нам ничего не сообщили, но вот можно заметить и с грустью отметить, что вскоре после участия в нашей программе в прошлую пятницу, псковский политик Лев Шлосберг пострадал очень серьезно. На него было совершено нападение, ему проломили голову. Сейчас он в больнице. Напоминаю, Шлосберг системно занимался расследованием этих инцидентов и утверждал, что в Пскове десантников все-таки хоронят. Так вот, Шлосберг в больнице, Песков молчит. Результатов данных проверки пока еще нет. И надо заметить, что на фоне такого официального молчания Кремля, на госканалах идет постоянная информация о похоронах так называемых добровольцев — российских военных, которые погибли в боях на Донбассе в свое свободное время, взяв внеплановый отпуск. Причем выставвляются они официальными каналами героями, людьми, исполнившими свой долг. Это, конечно, опасно на мой взгляд, опасно тем, что создает фундамент для будущей экстремистской идеологии.

Чем это обернется дальше — будем смотреть, но на фоне двоемыслия в среду 3 сентября Путин и Порошенко провели телефонные переговоры о мерах по прекращению огня на Юго-Востоке. Причем пресс-служба Порошенко сначала заявила, что им удалось договориться о постоянном прекращении огня. На это тот же самый Дмитрий Песков поправил Киев, заявив о том, что президенты не могли договариваться о прекращении огня на Украине, поскольку Россия не является стороной конфликта. Они просто “обсудили шаги, которые бы способствовали этому перемирию”. Пресс-служба Порошенко поправила пресс-релиз. В новой версии появилась формулировка что они «договорились о режиме прекращения огня». То есть всю эту неделю шли переговоры о возможном перемирии, причем Россия выполняла внешне выполняла роль такого авторитета и третейского судьи, который призывает всех к миру. Такой кот Леопольд. Пока в нашу доброжелательность мало кто поверил, потому что Обама, прибывший в Эстонию на переговоры, его позирование у самолетов ВВС США на местной авиабазе, выразил скепсис относительно данного урегулирования и заявил, что об этом говорить пока рано, «пока Россия посылает танки и солдат на Украину, урегулирование не может быть достигнуто». А спустя несколько часов после переговоров с Порошенко, Путин прибыл в Монголию, в Улан-Батор и там заявил, что в самолете набросал некоторые соображения и план действий. Помните, как «мне странная нашла охота к рифме, впервые в жизни». У Пушкина было. От руки Путин набросал соображения, которые тут же получили именование «план Путина». И представляют собой рекомендации для Украины прежде всего.

Что же это за план Путина такой был Киеву предложен? «Прекращение активных наступательных операций вооруженных сил Украины и вооруженных формирований ополчения на луганском и донецком направлениях». То есть единовременное прекращение огня. Вот сегодня, надеюсь, это уже произошло. «Отвод вооруженных подразделений Украины на расстояние, исключающее возможность обстрела населенных пунктов артиллерией и всеми видами систем залпового огня». То есть где-то на 70 километров должны украинские войска должны будут уехать от зоны боевых действий. «Обмен пленными по формуле «всех на всех» без предварительных условий. Все казематы открывают свои двери. Все эти ямы — с них срываются защитные крышки и люди выходят на свободу. Прекрасная инициатива. Открытие гуманитарных коридоров для беженцев и гуманитарных грузов. Направление ремонтных бригад для восстановления социальной и жизнеобеспечивающей процедуры.

Тут же против этих инициатив высказался Яценюк. Потому что заявил о том, что под видом ремонтных бригад на территории Юго-Востока может усилиться дислокация российских сил в этом регионе. И также заявил о том, что Украина в ответ будет реализовывать проект «Стена», который реально будет заключаться в строительстве стены на протяжении государственной границы с Россией. Причем даже уже сегодня же были объявлены критерии этой оградительной постройки. На суше эта постройка будет представлять ров шириной минимум в 4 метра и глубиной в 2 метра . Дополненный системами оптико-волоконного наблюдения. На морской границе это будет оптико-электронное наблюдение, а также планируется построить забор до 8 метров высотой. Напоминаю, такой опыт есть разделения враждующих территорий. В частности, самый известный — между Израилем и Палестиной. Там 703 километра протяженность этой стены. Между США и Мексикой есть такая. То есть это, в общем-то говоря, не ново. Насколько это необходимо и насколько у Киева есть деньги на это — непонятно. Яценюк говорит, что есть деньги, чтобы начать, а на остальное будут просить у европейских партнеров. А то, что Порошенко идет на контакт с Путиным, говорит о том, что им удается достичь какого-то общей позиции о урегулированию, дает надежду, что все таки без стены можно будет обойтись.

Данные вводные нам, я надеюсь, прокомментирует Кирилл Коктыш, доцент кафедры политической теории МГИМО МИДа РФ. Кирилл Евгеньевич, здравствуйте!

КОКТЫШ: Добрый вечер!

ПЕРЕСЕДОВ: Вот слышали, да? Вы слышали в двух словах: с одной стороны нам объявили о прекращении огня сегодняшнем. Насколько это длительное перемирие — пока непонятно. И будут исполнены другие положения «плана Путина» пока тоже не ясно. С другой стороны, Яценюк обещает нам реальное разграничение зоны «Россия и Украины» чуть ли не как между Израилем и Палестиной. Что день грядущий нам готовит?

КОКТЫШ: Я думаю, что на что-то у Украины просто не хватит денег. То есть понятно, что сейчас речь идет в первую очередь об освоении нищего украинского бюджета теми группами, которые ощущают себя приближенными к украинской власти. Да, оборона вроде бы тот приоритет, на который можно тратить деньги, ликвидируя другие бюджетные статьи. То есть в первую очередь здесь я вижу признаки коррупции и желание сделать бизнес любой ценой нежели реальное обезопашивание себя по той просто причине, что во-первых тезис украинского руководства о массовом пересечении российской техникой границ не подтвердился и, собственно, был опровергнут самой же Украиной. И идей, если говорить даже про ту же стену, как можно будет ее построить в Донецкой и Луганской областях, которые в любом случае сейчас выторгуют себе значимую часть суверенитета.

ПЕРЕСЕДОВ: Кирилл Евгеньевич, неделю за неделей мы наблюдаем за взаимодействием трех основных игроков и сил в этом конфликте. С одной стороны есть ядро украинской политической элиты, которые преследует отчетливо свои цели. И у них есть свой, во многом идеологический, предвзятый, но все таки свой взгляд на эту ситуацию. С другой стороны стоят европейцы, которые сдержанно, но все таки поддерживают Украину и то вводят санкции, то откладывают их. Обама грозит кулаком из-за океана. Языком периодически тоже дразнится. Ну и мы, собственно говоря, такие учителя дзэн, которые призывают всех к здравомыслию и умиротворению. На этой неделе что поменялось в этой расстановке?

КОКТЫШ: Во-первых, у Порошенко все таки начинают работать политические инстинкты. То есть, нельзя сказать, что до этого они не работали, но они пока подавлялись ежедневной политической прагматикой. Дело в том, что в рамках продолжения военной кампании у Порошенко перспектив крайне мало. Более того по мере того, как она прожолжается и по мере того, как растет количество жертв, собственно его реальная власть постоянно сужается и сужается в пользу радикальных и вооруженных групп, которые собственно всю эту власть растащат, конкурируя друг с другом. Поэтому Порошенко здесь оказался игроком, который понял, что партия мира для него — это какой-то шанс сохраниться в качестве президента. С другой стороны у него есть сейчас резон убедить значимую часть населения страны, поскольку за продолжение военной операции выступают только Киев и Львов. Остальная часть Украины либо против антитеррористической операции, либо за ее немедленное прекращение на этом этапе.

ПЕРЕСЕДОВ: Регионы наиболее отдаленные от линии ведения огня, собственно говоря, выступают за его продолжение?

КОКТЫШ: Да, именно так. Даже так: наиболее отдаленные регион Закарпатье выступает вообще против. Поэтому тут Львов и Закарпатье все таки два разных региона. То есть Украина очень сейчас сегментирована по региональному признаку. Но тем не менее. В данном случае большая часть населения нестоличного Порошенко поддержит. В этом плане он может сыграть в популистского президента, который получит массовую поддержку населения против своей собственной элиты. Поскольку элита будет бороться или будет уходить либо в левый, либо в правый радикализм на фоне и в рамках риторики по поводу выборов в Верховную Раду. Так что здесь ситуация для Порошенко достаточно приятная. Другой вопрос, что она потребует от него как минимум гроссмейстерских навыков. Способен ли он к ним — этот вопрос, в общем-то, остается открытым.

ПЕРЕСЕДОВ: Но насколько единой политической позицией обладает сегодня руководство так называемой Новороссии? И в состоянии ли они принять какую то более или менее продолжительную политическую программу?

КОКТЫШ: Я думаю, что в состоянии. Просто потому что другого выхода у них нет. То есть ресурсная зависимость от России делает их достаточно зависимыми от того, что Россия советует и что Россия говорит. Более того, собственно говоря, уровень жертв, понесенных с обеих сторон требует, чтобы была какая-то пауза, была какая-то содержательная передышка.

ПЕРЕСЕДОВ: Позиция Яценюка в этой ситуации и вообще Киева заключается в том, что просто прекращение огня приведет к замораживанию этой ситуации, но ни в коем случае не к ее разрешению. То есть вряд ли можно принимать какую-то половинчатость. Либо уж они уходят, либо они остаются навсегда в составе Украины в том виде, в каком их ждет Киев.

КОКТЫШ: Дело в том, что торг по поводу статуса Донецкой области, он только начинается. Пока договорились о простой процедуре. О том, что переговоры путем ведения огня сменяются переговорами нормальными. Когда друг с другом разговаривают, друг с другом торгуются. Пока это единственное, о чем договорились, но, собственно говоря, это является стартовой, базовой предпосылкой для любых договоренностей вообще. А все остальное — это предмет очень тяжелого длительного торга, который собственно говоря будет иметь свои провалы, свои прорывы, но вся история только начинается.

ПЕРЕСЕДОВ: А сколько времени вы отводите, чтобы эта история хотя бы дооформилась? Не закончилась, но хотя бы стабилизировалась чтоли. Чтобы люди перестали гибнуть.

КОКТЫШ: Я думаю, что месяца два-три, как минимум. То есть Украина должна столкнуться с существенными экономическими трудностями. Она сейчас на пороге энергетического дефолта. Должна столкнуться с зимним холодом. Когда, собственно говоря, те уступки, которые делает Порошенко, будут выглядеть абсолютно разумными шагами, какими они по сути и являются. А не национал-предательством, как его тут же будут обвинять и слева и справа. Поэтому, я думаю, что два-три месяца — разумный срок.

ПЕРЕСЕДОВ: Спасибо большое. С нами на связи был Кирилл Коктыш, доцент кафедры политической теории МГИМО МИДа РФ.

Это «Итоги недели». У микрофона Илья Переседов, обсуждаем ситуацию на Украине и надо заметить, что болезненно, неприятно, некрасиво, но все-таки дело, по всей видимости, как можем надеяться движется к миру или, во всяком случае к перемирию. Украина находится в серьезном экономическом кризисе. Жертвы с обеих сторон конфликта растут. Европейскому сообществу и Америке не удается однозначно доказать и подтвердить активное участие России в этом конфликте. И, вот например, сегодня в Уэльсе проходит саммит НАТО, о котором изначально Обама говорил, что в итоге могут быть пересмотрены отдельные положения договора «Россия — НАТО», но в общем то после саммита Меркель заявила о том, что договор пока остается в силе.

Все громче и громче раздаются заявления о том, что возможно стоит отпустить так называемую Новоросссию. Вот эти оба региона из состава Украины в том числе и в либеральном лагере. Так, например, Альфред Кох, экс-председатель Госкомимущества и в 90-е заместитель председателя правительства РФ, выступил со статьей. Ее название на грани приличия, поэтому не буду вам его зачитывать вслух. Но там есть очень интересные пассажи. Кох, представляясь человеком, у которого был опыт проведения реформ в стране, которая не имеет никакого «жирка», «заначки» и «подушки безопасности», призывает украинцев услышать его и говорит о том, что сейчас прямая цитата: «вам предстоит очень трудный путь. Вы даже не представляете, сколько труда и лишений вам нужно будет вытерпеть, чтобы построить страну, которая сможет войти в Европу. Сколько потерь будет на этом пути, сколько разочарований и ужасных открытий. Вам нужно будет привыкнуть жить намного беднее, чем сейчас. Да, да, именно так. Тот нищенский уровень жизни, который вы имеете сегодня, покажется вам раем, по сравнению с тем, что ждет вас в ближайшем будущем. Состояние украинской экономики чудовищно. Состояние государственных институтов чудовищно. Коррупция и измена сидит в каждом (!) чиновнике от самого низа и до самого верха». Далее сравнив Украину с человеком, который отправляется в тяжелый турпоход, он призывает не тащить на своей шее того, кто в это путешествие идти не хочет, имея ввиду Луганск и Донецк. И говорит о том, что не лучше ли сбросить этот электоральный балласт и получить страну, намного более целеустремленную и монолитную в идеологическом плане.

С нами на связи сейчас военный эксперт Влад Шурыгин и главный редактор сайта «Журналистская правда». Владислав Владиславович, слышите меня?

ШУРЫГИН: Да, слышу.

ПЕРЕСЕДОВ: На ваш взгляд, какие перспективы перемирия между враждующими сторонами сейчас на Юго-Востоке и есть ли вероятность того, что Юго-Восток уйдет?

ШУРЫГИН: Я думаю, что перспективы самые мрачные, потому что совершенно очевидно, что ситуация совершенно неразрешена для обоих сторон. Поэтому «партия войны» в Киеве более чем на коне. Президенту Порошенко, даже если у него, как у бизнесмена есть четкое понимание того, что бизнес-план не работает, никто не даст просто так остановиться. И, я думаю, что это перемирие просто будет использовано обоими сторонами для неких перегруппировок и в данный момент больше была заинтересована Украина, потому что она претерпела практически катастрофу военную в последние две недели. И ей нужно было спасать свои «котлы» и свои войска. Для Донбасса это перемирие в какой-то мере вынужденное, потому что с одной стороны у них тоже очень много проблем и в военном отношении и, прежде всего, в гуманитарном. А с другой стороны надо демонстрировать некую добрую волю. Поэтому для них это тоже вынужденно. Но, повторюсь, перспективы на долгое перемирие я не вижу.

ПЕРЕСЕДОВ: Влад, вы один из ведущих и наиболее авторитетных, на мой взгляд военных экспертов в стране. Я вам задам простой вопрос — Россия воюет с Украиной или нет?

ШУРЫГИН:Да безусловно нет. Понимаете, даже то добровольческое движение, которое сейчас есть и та материальная помощь, которую получает Донбасс, это всего лишь наша реакция на тот фашизм, с которым мы сталкиваемся. Потому что мы не можем не помогать своим соотечественникам. Нужно просто напомнить, что добровольцы были и в Приднестровье, и в Абхазии, и в Сербии. Это очень старая традиция. Просто тогда об этом было не принято говорить. Власть которая тогда была в России, тщательно избегала этой темы, но оно было всегда. Сейчас это чуть более откровенно.

ПЕРЕСЕДОВ: Если найдутся подтверждения, что какие-то командиры в каких-то воинских частях дают своему составу приказы отправляться на Украину. И их туда доставляют. Это будет считаться военным и государственным преступлением?

ШУРЫГИН: Вы знаете, тут надо вспомнить один исторический пример, который у нас есть. Это известная война в Испании. Надо напомнить, что во время войны в Испании действовали наши летчики, наши танкисты, наши артиллеристы. Причем это были люди, которые на тот момент находились на службе. Что в этом случае надо было сказать? Что Советский Союз участвовал в войне в Испании? Или он все таки помогал испанцам? Я повторюсь, есть понятие, которое означает некое военное вторжение. Тогда, когда вводятся войска и государство добивается определенной военной цели. Есть понятие помощи. Оказание помощи. Например, сражалась ли советская армия во Вьетнаме? Учитывая, сколько там было сбито сотен или даже тысяч летательных аппаратов. Вьетнамских нашими ракетам и при выучке наших советников. Конечно, не сражались, но при этом мы оказывали Вьетнаму военную помощь. Так же как и в Сирии например. В 70-е годы во время войн с Израилем там точно также были наши специалисты. Тогда не было добровольцев…

ПЕРЕСЕДОВ: Секундочку. Но в тот момент это было участие и решение именно Генштаба. А сегодня наши первые лица говорят о том, что мы воспринимаем эту ситуацию как абсолютно внешнюю для нас и абсолютно внутреннюю для Украины историю.

ШУРЫГИН: В этом случае я не готов комментировать по другому наших первых лиц. Для меня не будет новостью, если выясниться, что на территории Украины так или иначе появляются наши военнослужащие. Потому что во-первых, у нас есть части специального назначения. Разведка военная, которая по долгу службы обязана там присутствовать и присутствует практически в зоне любого военного конфликта. Там осталось достаточно много людей, которые имеют боевой опыт и еще вчера человек служил, уволился и уехал туда. Я совершенно не исключаю, что существуют целые системы, которые позволяют людям, которые только-только уволились и которые готовятся уволиться, оказаться там. Просто вопрос здесь еще раз заключается прежде всего в том, что насколько это добровольно. Допустим, узнать о том, что кого-то силой отправляют на Украину я не готов. Лично для меня это было бы чрезвычайно удручающей новостью. А что касается добровольцев, я готов перед ними, что называется склонить шляпу.

ПЕРЕСЕДОВ: Спасибо, с нами на связи был Влад Шурыгин, военный эксперт, главный редактор сайта «Журналистская правда».

Действительно, дай то бог, чтобы если кто-то от России воевал там, то только добровольно. Сразу же вспоминается инцидент пару лет назад, когда в московском метрополитене была развешена реклама: «Иди служить в пограничные войска ФСБ». И на плакате стоял улыбающийся молодой человек в полной амуниции, а у него за плечами разворачивался красивый, такой скалистый пейзаж. И блоггеры очень быстро обнаружили, что фотография этого пейзажа не что иное, как американская равнина одного из штатов.

Что же, поговорим теперь про школу. В прошлый раз мы ждали 1 сентября как праздника. Сегодня мы уже встретили данность 1 сентября и начало учебного года. В этом году в школы отправились 14 миллионов школьников и в том числе полтора миллиона первоклассников. Среди них 16 тыс. детей украинских беженцев, которые находятся в 79 регионах. Итак, чем же новым встретил этот учебный год наших школяров?

В программу учебную возвращается обязательное итоговое сочинение, которое будет писаться зимой в середине 11-го класса. Учитываться при поступлении оно будет по выбору вуза. Соответственно, ученый совет того или иного вуза сам может решить, на какие факультеты и специальности будут учитываться баллы за это сочинение. Минобрнауки РФ объявило 5 систематических направлений, по которым выпусники РФ будут писать сочинение в декабре 2014 года. Вот уже можно начинать готовиться. Это: «Не даром помнит вся Россия» — 200-летний юбилей Лермонтова. «Вопросы, заданнные человечеству войной». «Человек и природа в отечественной и мировой литературе», а также «Спор поколений — вместе и врозь», а также «Чем живут люди».

На мой взгляд инициатива весьма и весьма неплохая, только проблема в том, что российская, а до нее советская школа напрочь была лишена традиции и навыка написания сочинения как авторского текста. К огромному сожалению в советской школе и в российской чаще всего нас приучали писать сочинение штампами и утверждали, что та или иная тема заведомо имеет правильный и неправильный итог. Так что, как возвращение того или иного художественного опыта я могу это приветствовать, но боюсь, что это будет очередным таким обязательным промыванием мозгов.

Из ЕГЭ по русскому языку будет исключена тестовая часть. Экзамен останется, но правильные ответы будет выбирать невозможно. Надо будет говорить о том, как оно есть и правильно. Не будет единого учебника истории, вокруг которого шло столько споров. Соответственно начнут поднимать флаг и петь гимн по всем праздникам. Также сокращен перечень учебников, обязательных для приобретения школами. Это я не могу не приветствовать. Потому что надо заметить, что спекуляция учебниками крупнейших бизнес-структур очень тормозят и тормозили и введение электронных учебников и вообще развитие у нас этого образовательного направления. Но также в этом году вступает в силу федеральный госстандарт среднего образования, который регламентирует работу учителей. И по нему у учителей заметно увеличивается отчетность. Теперь им придется писать до 200 листов рабочих программ и учителя недовольны такой допнагрузкой. Так как считают, что не успевают учить детей. Я должен заметить, что сам в свое время преподавал в школе и ушел из нее ровно потому, что приходил я в школу на небольшую зарплату учить детей, а оказалось, что за эти нищенские деньги мне нужно как какому то несчастному бухгалтеру заполнять тонну и тонну ненужной, на мой взгляд, абсолютно макулатуры.

Насколько все эти перемены позитивны или негативно отразятся на нашей школе нам сейчас рассажет Андрей Демидов, сопредседатель Межрегионального профсоюза работников образования «Учитель».

Здравствуйте, Андрей Николаевич!

ДЕМИДОВ: Здравствуйте!

ПЕРЕСЕДОВ: Слышали вы мою реплику последнюю?

ДЕМИДОВ: Да, конечно, я слышал. И могу сказать, что наверно какие то положительные зерна в тех изменениях, которые нам предстоят, можно найти. В частности, действительно то, что произошел отказ от концепции единого учебника истории я, как учитель истории не могу не приветствовать. По очень простой причине — очевидно, что если будет монополия и будет один учебник и один авторский коллектив, то, в общем, мы лишимся возможности выбирать между какими-то пусть нюансами, но это очень важно, потому что в исторической науке не так много абсолютных истин. И хотелось бы, чтобы и у учителя и у учеников была возможность рассматривать тот или иной вопрос с разных позиций.

ПЕРЕСЕДОВ: Ну хорошо. Ушел учебник, ушел, с богом. Отпустили его. Хотя раздаются теперь заявления о том, что хотя бы может быть о едином учебнике литературы стоит подумать, но пока от этого вроде бы как отказались. Повторюсь, меня очень задело эта история, что учителям приходится больше всякой отчетности заполнять и составлять. Насколько это сейчас также страшно, как семь лет назад, когда я работал в школе?

ДЕМИДОВ: Вы знаете, по отзывам учителей все более страшно, чем семь лет назад, потому что вот то, что сейчас на учителя накатывает, я имею ввиду и федеральный образовательный стандарт, который постепенно, но входит в школу. То есть начинали со стандарта начального образования. Теперь по стандарту новому, он называется стандарт нового поколения, должны работать учителя основной школы. И вот, собственно, от учителей начальной школы, кто уже испытал на себе прелесть такой работы, мы получаем очень много обращений. Что касается преподавателей старших классов, то у них это еще впереди, я думаю, что через несколько лет. В чем, собственно, проблема. Проблема в том, что документ сложный, объемный и в результате учителю необходимо готовить несколько пересекающихся между собой планов комплектов отчетности. Зачастую это просто бессмысленное переписывание одного документа в другую форму, только вот расположение граф несколько иное.

ПЕРЕСЕДОВ: Позвольте, из своего опыта постараюсь простым языком рассказать. Дорогие нащи слушатели, которые родители, у которых есть дети, которые посещают школу. Очень часто вы сердитесь на учителей, вам кажется что учителя учат ваших детей не так, не тому, неправильно или не уделяют им достаточно внимания. Все потому что вы думаете, что учитель, это человек, который получил специальное образование, каким то образом развился сам, читает профильную литературу и свой внутренний опыт, массив знаний передает вашим детям и может делать это лучше или хуже. А вот отчитав урок, который вроде бы немного то и длится, свободен и идет на все четыре стороны. Так вот это не так совершенно. Во-первых, то, что учитель ведет предмет в классе, сегодня занимает уже порядка сорока от его времени рабочего, потому что оставшееся рабочее время он как привязанный должен сидеть за столом и заполнять бесконечные отчетные графики и документации. Во-вторых, ни о каком самостоятельном авторском преподавании речи нет. Каждый учитель должен отчитываться перед чиновником и доказывать ему, что то, что он рассказывает, укладывается в общую канву, принятые стандарты, нормативы и так далее. И в этом плане учитель крайне и крайне ограничен в своих возможностях и средствах. А, во-вторых, испытывает постоянное давление, прессинг и тратит массу сил на работу, которая ему кажется унизительной и во-многом бессмысленной. Андрей Николаевич, что я сказал неправильно?

ДЕМИДОВ: Я думаю, что вы прекрасно все объяснили, я только хотел подчеркнуть, что мы здесь видим фундаментальное противоречие, потому что с одной стороны стандарт нас ориентирует на более углубленную индивидуальную работу с учащимися. «Индивидуально» здесь подчеркивается. То есть проектная работа, консультации. А с другой стороны учитель в результате того же стандарта все меньше времени на эту непосредственную работу с учеником. И действительно, в результате родители предъявляют претензии педагогу и школе. Они то в общем хотели, чтобы с их ребенком занимались больше и лучше.

ПЕРЕСЕДОВ: А что в этой ситуации могут сделать родители? Потому что я вот например знаю, что есть на местах такие неравнодушные и прекрасные родительские самоорганизации, которые вот прямо вникают в происходящее в классах и школах. Повторюсь, мы сейчас говорим о младшем и среднем образовании. У меня был опыт выступления не так давно в школе при средних классах и там прямо таки сидела мама от такого родительского комитета и слушала, что я говорю, с тем чтобы потом сообщить остальным и решить, приглашать к ним меня еще раз или нет. Но и в том числе они встают на защиту тех учителей, которые им нравятся, которые, как они верят, действительно стараются их детей правильному научить. Вот что родители могут в этой ситуации сделать, чтобы поддержать и помочь учителей?

ДЕМИДОВ: Во-первых, я хотел бы сказать, что родители у нас — это одна из равноправных сторон образовательного процесса. Если говорить о том, что государство выступает заказчиком, то на самом деле заказчиком выступает общество для школы и хочет получить определенный результат. Поэтому я думаю, что необходимо оказывать определенное воздействие в пределах тех методов, которые нам дает Конституция на власть. Например, у нас сейчас на сайте профсоюза «Учитель» есть письмо, которое написали учителя из разных регионов, которые как раз и обращаются к министру образования с просьбой или требованием пересмотреть те формы отчетности, которые сейчас учитель обязан представлять. Я думаю, что если бы наряду с учителями это обращение подписывали бы также и родители, а все таки это многомиллионная армия, то результат был бы положительным.

ПЕРЕСЕДОВ: А назовите еще раз адрес сайта, пожалуйста.

ДЕМИДОВ: А он легко в любом поисковике находится: pedagog-prof.org или можно набрать «Профсоюз «Учитель».

ПЕРЕСЕДОВ: Спасибо большое, с нами на связи был Андрей Демидов, сопредседатель Межрегионального профсоюза работников образования «Учитель». Вот новый учебный год настал, но вряд ли он окажется удачным для наших детей, если вы не будете активно им помогать и вот в том числе выступать на защите учителей.

Начнем перед рекламой новую тему. По поводу ипотеки. Итак, банки повышают ставки по ипотечным кредитам, тогда как средняя ставка по ипотеке в последние годы стабильно снижалась и по мнению экспертов текущий рост ставок имеет несколько причин. В первую очередь, это инфляция и усиление инфляционных ожиданий, возрастающая недоступность западного фондирования и замены его более дорогими отечественными кредитными ресурсами. А также снижение доходной базы российских банков в условиях стагнации экономики. Эхо санкций докатилось и до рынка недвижимости.

Рост уровня просроченных задолженностей по ипотеке за полгода составило аж более ста процентов, а между тем аналитики прогнозируют рост рынка ипотеки даже в условиях более высокой ставки по итогам 2014 года аж на 30%. Надеюсь, что эту ситуацию нам прояснит Тамара Касьянова, первый вице-президент общероссийской общественной организации «Российский клуб финансовых директоров». Здравствуйте, Тамара Александровна!

КАСЬЯНОВА: Здравствуйте.

ПЕРЕСЕДОВ: Что с ипотекой? Она будет выше, ниже? У нас «пузырь» какой-то надувается или как?

КАСЬЯНОВА: Я не думаю, что у нас будет какой-то всплеск или значительный рост по ипотеке. Учитывая ту ситуацию, которая у нас сейчас происходит — это повышение процентных ставок по ипотеке, это более сложные условия получения ипотеки.

ПЕРЕСЕДОВ: То есть те прогнозы, о которых я рассказал, это были прогнозы еще прошлого года, то есть до санкций?

КАСЬЯНОВА: Да, безусловно. Это были прогнозы без учета санкций, с одной стороны. С другой стороны, это были прогнозы до той ситуации, когда у нас появилось более дорогое фондирование и это просто учитывало статистику прошлых периодов.

ПЕРЕСЕДОВ: Хорошо, забыли про нее. Живем сегодняшним днем. Что сейчас — насколько вырастет ипотека в ближайшее время, как вы думаете? Процентная ставка, я имею ввиду.

КАСЬЯНОВА: На сегодня процентной ставки меньше 12 процентов просто нет. Понятно, что есть отдельная программа, которую предлагает АИЖК по более низкой процентной ставке, но она не столь значительна, не все люди ей могут пользоваться. В основном процентные ставки уже выше 12 процентов — 12,5-13% и выше. Не все люди способны выдержать такие проценты. Более сложные требования к заемщикам происходят, снижение доходов у населения в связи со сложной ситуацией. Поэтому вероятность того, что такой всплеск безусловно не будет. Количество жилья построенного увеличивается, но в то же время только если будут новые проекты, проекты с социальным жильем, могут они решить проблему. Но что касается ипотеки, эти вопросы на сегодняшний момент абсолютно нереальны.

ПЕРЕСЕДОВ: Как это отразится на рынке жилья в плане стоимости квартир?

КАСЬЯНОВА: На сегодняшний момент, если говорить о рынке жилья, цены, к сожалению, не падают. Говорить о том, что они начнут падать, маловероятно. Потому что для инвесторов, которые строят для строительных компаний, застройщиков проценты по кредиту не становятся также дешевле. Будет сокращаться в какой-то момент количество вводимого жилья потому что недостаточно денежных средств и снижение спроса. Не думаю, что это будет тотальная проблема, но в отдельных регионах она может быть очень серьезная.

ПЕРЕСЕДОВ: Вы упомянули, что банки ужесточают критерии и правила выдачи кредитов. Как в такой ситуации вести себя людям, которые планировали ипотеку. Стоит ли торопиться ее брать или переждать, пока ситуация как-то улучшится?

КАСЬЯНОВА: Если конечно же банки предлагают нормальные условия, если человек уверен в том, что он способен будет выполнять условия кредитных договоров, если у него уже есть подобранные варианты квартиры, в которой он хочет вписаться, да, безусловно можно пробовать и не беспокоиться. Но без взвешивания детального всех вопросов и проблем конечно же не надо идти в этот омут, потому что могут быть серьезные проблемы, когда человек, семья не сможет выполнять условия по кредитному договору и тогда ситуация может быть достаточно тяжелая.

ПЕРЕСЕДОВ: Тамара Александровна, давайте все таки вспомним, что если мы говорим о молодых семьях, то по закону у нас нельзя людей нельзя выселять из жилья, если у них на руках несовершеннолетний ребенок с которым некуда идти. Эти нормативы же никто не отменял?

КАСЬЯНОВА: Да, этого никто не отменял, но надо понимать о том, что для людей по условиям кредитных договоров могут возникать дополнительные штрафные санкции и практически процентная ставка по кредиту будет увеличиваться, то есть нагрузка для семьи увеличивается. То есть даже в том случае, если удастся пойти на условия реструктуризации, можно будет увеличить срок по кредиту, все равно нагрузка на платеж и квартира фактически станет намного дороже. И не каждая семья сможет реально выплачитвать те проценты с учетом штрафных санкций, пеней и так далее.

ПЕРЕСЕДОВ: Спасибо огромное. С нами на связи была Тамара Касьянова, первый вице-президент общероссийской общественной организации «Российский клуб финансовых директоров».

Вот, как мы слышали поначалу, что санкции, направленные против экономики России, столкнутся с одной стороны крупного бизнеса, а с другой стороны совсем уж зажравшихся эстетов-сибаритов, а вот и нет — под них уже попали молодые семьи, планировавшие в ближайшее время взять ипотеку.

Наконец, последняя тема отчасти веселая. Эксперты проекта Общероссийского народного фронта «За честные закупки» составили рейтинг самых неоправданных трат за государственный счет, которые осуществили чиновники и сотрудники госкомпаний и депутаты. Рейтинг лихих и интересных трат.

На первом месте телекомпания «Югра», которая принадлежит правительству ХМАО. Она объявила в июне этого года тендер на приобретение телевизионного оборудования на 1,4 млрд рублей. Надо заметить, что оборудование, перечисленное в заявке по уровню и количеству сопоставимо с тем, что использовали все три ведущих федеральных телеканала при освещении Олимпийских игр в Сочи. После того, как информация попала в публичный доступ, менеджеры отозвали свой тендер. На услуги охранных агентств уже бывшего губернатора Михаила Юревича планировалось потратить 109 млн. руб. из областного бюджета. После того, как эта информация стала доступна широким читателям и зрителям, Юревич потерял свой пост. Руководители Вологодской области планировали заказать чартерные перелеты на 86 млн руб. На эту сумму можно было 10 раз облететь весь земной шар. Вот такие любознательные руководители Вологодской области.

Чиновники Якутии большие хитрецы. Они потратили 56 млн. руб из бюджета на закупку 1818 золотых часов. Причем в техническом задании золотые часы объявлялись приложениями к грамоте правительства Саха-Якутия и в общем то часики стоили от 11 до 53 тыс. руб. А вот «Российские Железные Дороги» на новогоднюю вечеринку планировали потратить 53 млн. руб. на 1200 гостей, включая випов. Водоканал Петербурга на улучшение своего имиджа и на пиар планировали потратить 50 млн руб. Но на фоне предыдущих подвигов это почти что ничего. Вот на 11 месте мне очень понравилось — находится массажное кресло для кого-то в концерне «Росэнергоатом» за 336 тыс. руб. Вот кто-то так себя очень любит в «Росэнергоатоме».

Насколько эта ситуация аномальна и насколько эти примеры такие уж исключительные нам расскажет Иван Бегтин, директор некоммерческого партнерства «Информационная культура», эксперт по госзакупкам. Иван, здравствуйте!

БЕГТИН: Здравствуйте.

ПЕРЕСЕДОВ: Вы удивлены зачитанным списком?

БЕГТИН: Я удивлен только тем, что ОНФ внезапно стало этим заниматься. Как то это для них атипично. А списком совершенно не удивлен.

ПЕРЕСЕДОВ: Расскажите, пожалуйста, как у нас дела обстоят с коррупцией и насколько вообще ситуация в регионах отличается от столицы или все единым миром мазаны.

БЕГТИН: Если говорить честно, все одним миром мазаны. Если говорить детально, то отличается тем, что в столице немножко пограмотнее люди, которые принимают решения, как грамотнее распределить деньги. А в регионах как правило действуют немножко в лоб.

ПЕРЕСЕДОВ: Простодушно, я бы сказал.
БЕГТИН: Да, конечно. Надо честно сказать, что весь этот рейтинг ОНФ — он попахивает популизмом и он сильно далек от реальных проблем.

ПЕРЕСЕДОВ: Секундочку. Иван, мы честно звонили в ОНФ. Там просто времени не было с нами пообщаться, поэтому мы привлекли вас как стороннего эксперта. Но они же правду пишут. Они же правда это раскопали?

БЕГТИН: Конечно они правду раскопали. Но представьте вот как желтая пресса — они раскопают кучу грязи и опубликуют — это не значит же, что это реальные проблемы. Это желтая пресса, кучу фотографий папарацци нафотографировали. Это то же самое.

ПЕРЕСЕДОВ: Подождите, уточним. Что сообщил нам рейтинг ОНФ. Что у нас в регионах в должности чиновников работают люди жадные и глупые. Некоторые.

БЕГТИН: Этот рейтинг нам показал, что ОНФ занимается популизмом. Вот и все, что он нам показал. Потому что все остальное было так… Есть реальные проблемы, когда конкретные рынки контролирует пять компаний и поэтому у нас цены на лекарства вдвое больше, чем в других странах мира.

ПЕРЕСЕДОВ: Иван, расскажите нам, пожалуйста, о реальных проблемах с коррупцией в России. На ваш взгляд. Пять от Бегтина.

БЕГТИН: Во-первых, проблема номер один — у нас есть несколько рынков, в которых в принципе нет конкуренции, она полностью симулируется. И там, где есть некоторые виртуальные конкуренты, присутствует несколько компаний, на самом деле все эти компании через оффшоры принадлежат все равно одной и той же группе лиц. И как ни крути, даже при снижении цены эта цена завышена в три-четыре раза, чем в соседних странах.

ПЕРЕСЕДОВ: Это, например, рынок лекарств?

БЕГТИН: В том числе это рынок лекарств, строительство один из основных рынков. Потом у нас есть вторая проблема — номер два, о которой молчат. Это то, что у нас все деньги, они как распределяются из Москвы субсидиями в регионы, потом они снова текут в Москву. И у нас вся конкуренция, которая происходит — это конкуренция между московским и региональным поставщиками. И все правительства регионов стараются изо всех сил, правдами и неправдами, законами и незаконами, чтобы деньги остались в регионе. Это те, кто более или менее настроен на то, чтобы больше налогов там было.

ПЕРЕСЕДОВ: Иван, полторы минуты у нас.

БЕГТИН: Третья проблема — это то, что у нас огромное количество контрактов они заведомо не просто завышены, туда включены работы, просто делать не нужно. Они категорически, по смыслу абсолютно не соответствуют тому, что нужно делать.

ПЕРЕСЕДОВ: Сомнительно. Вот это не принимаю однозначно. Сомнительно. Не буду сейчас вдаваться почему, потому вернемся к этой теме. Еще что?

БЕГТИН: Множество всего. У нас есть огромное количество госконтрактов, которые выигрывают организации, которые принадлежат как раз тем оффшорным компаниям. Там контракты на сотни миллионов, на миллиарды в год и так далее, так далее.

ПЕРЕСЕДОВ: Иван, минута у нас осталась. То, что делает ОНФ, он повторяет то, что делал до этого Навальный — шерстят публичные тендеры и выявляют что-то аномальное. То, что говорите вы — глубинные проблемы. Как их можно исправить? Как люди могут в этом поучаствовать?

БЕГТИН: Люди не могут в этом поучаствовать сейчас, потому что люди не понимают, как это устроено. Люди ведутся на популизм. Что я раньше клеймил Навального, что я теперь делаю с ОНФ. Они занимаются одним единственным дурацким делом — людям надо разбираться, как это работает, понять, как работает российский бюджет до заключения контракта и начать публично лоббировать на уровне журналистов, чиновников — почему это должно происходить правильным образом. Для этого есть контрактная система.

ПЕРЕСЕДОВ: Я лоббирую на уровне журналиста — есть сайт, на котором можно это прочитать?

БЕГТИН: Да, безусловно. У нас есть сайт «Госзатраты», в котором мы это пишем.

ПЕРЕСЕДОВ: Спасибо! Это была программа «Итоги недели».

Categories
Илья Переседов

Добавить комментарий