И. ПЕРЕСЕДОВ: Добрый вечер. Программа «Домой» начинает своё вещание на волнах «Русской службы новостей». В студии Мария Андреева.

М. АНДРЕЕВА: Добрый вечер, Илья Переседов.

И. ПЕРЕСЕДОВ: И начинаем мы сегодня немного непривычно и неожиданно. У нас в студии высокий и долгожданный гость Владимир Ресин. Здравствуйте, Владимир Иосифович.

В. РЕСИН: Добрый вечер.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Если Вы позволите, я прочитаю Ваш список заслуг и достижений. Итак, Владимир Ресин сейчас депутат Государственной думы, член Комитета по земельным отношениям и строительству, до этого временно исполняющий обязанности Мэра Москвы. Ещё раньше – первый заместитель Мэра Москвы, руководитель Комплекса градостроительной политики и строительства города, а также с конца 2013 года советник Патриарха Кирилла по строительству, куратор программы по возведению в Москве 200 новых храмов.

М. АНДРЕЕВА: А я ещё добавлю – председатель Комиссии по строительству зданий и сооружений, предназначенных для размещения Парламентского центра.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Я думаю, что если бы мы зачитывали все Ваши достижения за всю жизнь, у нас и часа бы не хватило. Но я знаю, что Ваша трудовая деятельность была связана с Украиной. И, конечно же, Украина сейчас для нас тема номер один. Как Вы оцениваете перспективы для Крыма и Севастополя войти в состав России?

В. РЕСИН: Вы правильно сказали. Так моя судьба сложилась, что отдельные этапы моей жизни были связана с Украиной. Первый свой трудовой путь я начинал на Украине по распределению. По окончании Московского горного института я был направлен работать в западную Украину, Черкасскую область, Звенигородский район, посёлок Ватутино, трест «Ватутинуголь». И там я работал горным мастером, заместителем начальника добывочного участка. Честно говоря, если бы не прописка в то время в Москве, которую я должен был потерять, я, может быть, жил не в России, а на Украине. Вот так судьба каждым человеком может распорядиться. Об этом времени у меня самые лучшие воспоминания. Может быть, потому что мне было 22 года, а, может быть, они меня научили работать. А потом довольно большой период времени, когда я был первым заместителем Мэра Москвы в Правительстве Москвы, начиная с начала 1990-ых годов по 2010 год, я просто в Правительстве курировал наши взаимоотношения с Крымом, Севастополем, и, в первую очередь, с помощью Черноморского флота. Я вам скажу, что за это время Москва оказала, невзирая на то, что и здесь всё было сложно, сумела построить несколько крупных школ, таких, которыми можно гордиться и в Москве, детские сады, целый микрорайон жилья. Были такие случаи, когда мы принимали экстренные меры, чтобы моряков крейсера «Москва» обеспечить заработной платой. Период был не простой, вы помните, наши 1991, 1992, 1993 годы. Мы и в те моменты не оставляли Севастополь. Я вас скажу, что у меня впечатление такое, что Севастополь – это русский город. Я его знаю не понаслышке, знаю людей, которые там живут. Конечно, всё, что происходит и произошло, с одной стороны, это мне напомнило наши 1991-1993 годы в худшем варианте. А с другой стороны, я думаю, что севастопольцы особенно болезненно это дело восприняли и, наверно, больше всего страдали.

М. АНДРЕЕВА: А Вы когда последний раз были на Украине?

В. РЕСИН: Я был последний раз на праздновании флота в 2009 году.

И. ПЕРЕСЕДОВ: По Вашим наблюдениям можно сказать, что Киев не занимался системным развитием данного региона, и необходима была помощь со стороны России?

В. РЕСИН: Я не могу говорить за весь регион, но что касается Севастополя, конечно, с точки зрения социального развития занимался, мягко выражаясь, не достаточно.

И. ПЕРЕСЕДОВ: В 1991 году Украина выходит из состава Советского Союза по решению местной Рады. Вы можете дать оценку этому событию? Может быть, вспомнить какие-то подробности?

В. РЕСИН: Не только Украина. В 1991 году, когда распался Советский Союз, были организованы на базе наших бывших республик государства, в том числе и Украина. Это было соглашение, которое было подписано всеми руководителями: Ельциным, Кравчуком, Шишкевичем. На его основании и были приняты парламентами республик эти решения.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Это общая историческая канва. Ведь всегда есть закулисная история. Украина – это не Прибалтика. Когда она отделилась, это было более неожиданно.

В. РЕСИН: Во всяком случае, я из частных разговоров с теми людьми, которые принимали участие в этом процессе, понял, что в первое время руководство ещё советской Украины, этого не хотело. Но это разговоры. У меня нет документов.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Если вспомнить 17 марта, референдум о сохранении Советского Союза, там, насколько я понимаю, всё зависело от голосов на Украине.

В. РЕСИН: Референдум как раз показал, что все были за то, чтобы Советский Союз оставался. Всё это, к сожалению, произошло против решения референдума.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Вы помните, как Вы голосовали или свои эмоции в этот момент?

В. РЕСИН: Я голосовал за то, чтобы Советский Союз остался.

И. ПЕРЕСЕДОВ: А когда Украина от нас отделилась?

В. РЕСИН: Тогда все отделились одновременно, поэтому ничего радостного не было.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Давайте поговорим о Вашей деятельности. Вы же имели непосредственное отношение к строительству советской Олимпиады 1980 года.

В. РЕСИН: Да, я активный участник Олимпиады 1980, будучи первым заместителем начальника «Главмосстроя». Ему была поручена вся инженерная инфраструктура по подготовке к Олимпиаде. Я входил в руководство штаба по строительству олимпийских объектов. Скажу, что за 5 лет – с 1975 по 1980 годы – все эти работы были выполнены. Хочу подчеркнуть, что, несмотря на то, что основной удар пал на московских строителей, на Москву во главе с первым секретарем Московского горкома партии Виктора Васильевича Гришина, всё-таки участие в подготовке Олимпиады принимал весь Советский Союз, все республики в той или иной степени. И хочу подчеркнуть, что олимпийские объекты Москвы – это те объекты, которые были заложены в Генеральном плане развития Москвы 1971 года. То есть во время Олимпиады они были олимпийскими, а потом они остались чисто московскими, каждый был для решения своих вопросов.

И. ПЕРЕСЕДОВ: То есть московская Олимпиада себя оправдала с точки зрения строительства объектов.

В. РЕСИН: Да, и мы с вами сегодня ими пользуемся. Что такое олимпийская деревня? Это целый микрорайон, где сейчас прекрасно люди живут и себя чувствуют, причём построенный комплексно: со школами, спортом, медициной и торговлей.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Мой вопрос подразумевает сегодняшнюю Олимпиаду. Вы один из главных в стране экспертов по строительству. Как Вы сегодняшнюю Олимпиаду оцениваете?

В. РЕСИН: Мне повезло, что я в одной Олимпиаде принимал участие в строительстве, потом участвовал в ней как гость. А в этой Олимпиаде я участвовал как почётный гость. И я скажу, что приехал пораньше посмотреть, что за 7 лет там сделано. Я просто был приятно удивлён. На меня это произвело огромное впечатление и как на строителя и как на одного из тех, кто руководит крупным городом. Произвела впечатление и сама инженерная, социальная инфраструктура, благоустройство, сами спортивные сооружения. Я уже не говорю о той обстановке, которая там была. И особенно меня огорчило, что именно в это время возник вопрос на Украине. Я вспомнил Олимпиаду в Пекине, когда возник вопрос с Грузией. Кто-то специально это делает именно в Олимпиады, когда людям не до всяких конфликтов.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Сейчас как раз раздаются голоса, что из-за сложной ситуации на Украине, в частности Крыму, наши туристы теперь направятся в Сочи, на наш курорт. Хотелось бы Ваш прогноз услышать. Вы говорите, что были на Олимпиаде и смотрели глазами строителя. Простоит оно годы? Будет служить верой и правдой?

В. РЕСИН: Я уверен, что не годы, а столетия. Я могу так говорить, потому что там моей заслуги никакой нет, кроме того, что большинство этих объектов построили московские строители, то есть те, которые с нами здесь строили Москву. Но можно сказать, как Вы вопрос ставите. Именно они будут работать на людей десятилетиями, столетиями, так качественно и масштабно они построили. Возьмите железные дороги, которыми мы пользуемся. Ещё при Николае они были построены. Возьмите мосты, тоннели. Причём они построены по технологии не сегодняшнего, а завтрашнего дня. Я даже белой завистью позавидовал, что я уже из другого поколения и не работал там, лично не занимался этим делом.

И. ПЕРЕСЕДОВ: А можно Вас назвать главным по строительству в Москве в течение долгого времени?

В. РЕСИН: Меня называли «старший московский прораб».

И. ПЕРЕСЕДОВ: Слушатель Константин у нас на сайте очень волнуется: «А будут ли доступны сочинские объекты для отдыха простого рабочего и его семьи?». Боится, что Сочи теперь город для исключительно богатых людей.

В. РЕСИН: Вот поэтому Владимир Владимирович отказал делать Сочи центром по играм, чтобы он не был для богатых и очень богатых людей.

И. ПЕРЕСЕДОВ: То есть не спортивный курорт, а курорт народный.

В. РЕСИН: Игорная зона. Я всегда отдыхал в Сочи, и просто, когда приехал, был на Олимпиаде, я поехал в тот санаторий, где я обычно отдыхал. Я его не узнал. Они к Олимпиаде подготовили и санатории. Там так же по путёвкам, так же лечение, процедуры и так далее. Все эти путёвки можно приобрести в профсоюзах, где-то в организациях, где ты работаешь. Я уверен в том, что Сочи будет курортным городом и будет востребованным. И цены там будут такие, какие люди себе могут позволить, иначе он просто будет пустым.

М. АНДРЕЕВА: А что для Вас предпочтительнее Сочи или Крым?

В. РЕСИН: Я Сочи больше любил. Может быть, потому что молодой был, ездил, было весело. Особенно когда работал в Апатитах за Полярным кругом, там приличная зарплата. И на пару месяцев, тройку, уезжал, в том числе и Сочи. Для того времени – начало 1960-ых годов – там прекрасно можно было провести время, полечиться и чувствовать себя очень прилично. А сейчас Сочи – это современный европейский город.

М. АНДРЕЕВА: Если не ошибаюсь, коммунисты предлагали, когда шло обсуждение, как потом использовать инфраструктуру, именно в Сочи сделать детский лагерь наподобие «Артека».

В. РЕСИН: Нельзя так подходить – специализация детский или взрослый. Надо, чтобы там все отдыхали. Сочи теперь огромный город. Адлер теперь фактически новый город, включая Красную Поляну. Можно сделать то место, где может быть санаторий типа «Артека».

М. АНДРЕЕВА: Мы знаем, что Вы курируете проект «Парламентский центр». По Вашим прогнозам, когда он появится?

В. РЕСИН: Такую черновую работу, подготовительную по его созданию Комиссию сделала. Подготовлен проект или концепция технического задания, сделаны планировки, наконец-то выбрано место. Сразу скажу, что сегодня его назвать не могу. Причина опять в обстановке, которая произошла на Украине. Все это место согласовали, но надо доложить президенту, чтобы он дал согласие.

М. АНДРЕЕВА: То есть президент ещё не знает.

В. РЕСИН: Наверно, не то время, когда надо идти к нему с докладом.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Парламентский центр – это комплекс новых зданий, которые объединят в себе Государственную думу и Совет Федерации. Скажите, хотя бы это будет центр нынешней Москвы или это будет за пределами МКАД?

В. РЕСИН: Это будет в старой Москве. Можно сказать, в сложившейся Москве, в историческом месте, и могу сказать, что это будет единое здание. Кроме этого, в этом центре будет и жильё, где будут жить депутаты и сенаторы, будет гостиница, где станут останавливаться приезжающие в Парламентский центр, будет спортивный центр, медицина и так далее.

М. АНДРЕЕВА: Болезненный очень вопрос для большей части москвичей-автомобилистов. Центр у нас и так забит. Как Вы полагаете, не отразится ли это на дорожной обстановке?

В. РЕСИН: Ни в коем случае. Наоборот, выбрано такое место, единственное, но там придётся некоторые вопросы транспортные решать – не без этого – в том числе надо будет решать с метро, усиливать, и ещё решать с другими видами транспорта. В принципе, это не самая затратная вещь. Сам Парламентский центр будет строиться на внебюджетной основе.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Я попытаюсь сыграть на Вашем честолюбии. Вы сказали, что Вам очень понравились постройки новой Олимпиады, а мы знаем, что и стадион «Фишт» и другие комплексные решения представляют собой новую архитектуру. Если мы говорим о Парламентском центре, о стилистике его Вы готовы что-то сказать? Это будет привычная бетонная коробка или чем-то Вы нас удивите?

В. РЕСИН: Я не могу сейчас Вам сказать, как это будет, так как надо сделать проект, утвердить, но моё видение, что всё-таки это будет московская архитектура, не современный стиль, не бетон и стекло. Это надо сделать на тысячелетия, так, как в Европе, Лондоне, Париже, где вы бывали в старых парламентах. Здание должно быть имперским.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Это что-то похожее на высотки?

В. РЕСИН: Нет. Имперские здания не высотные. Высотки – это современный стиль. Это будет 5-6 этажей.

М. АНДРЕЕВА: Все поместятся?

В. РЕСИН: А как сейчас Государственная дума? 9 этажей. Я сижу на 5 этаже.

М. АНДРЕЕВА: Вы говорите, что будет построено на внебюджетные деньги, но так как черновой вариант уже есть, я полагаю, что, наверно, сумма примерная обозначена. Вы могли бы назвать, во сколько станет строительство Парламентского центра?

В. РЕСИН: Сам Парламентский центр – та сумма денег, которую стоят те здания, которые мы сегодня занимаем.

И. ПЕРЕСЕДОВ: А они будут как-то реализованы?

В. РЕСИН: Они будут проданы.

И. ПЕРЕСЕДОВ: 10-этажка старого здания Госдумы с техническим этажом и 15-этажка нового здания.

В. РЕСИН: Да, а также здание Совета Федерации, и ещё 4 здания, принадлежащие Совету Федерации и Государственной думе.

М. АНДРЕЕВА: Там будут какие-то офисы?

В. РЕСИН: Это уже тот, кто купит, будет думать. Конечно, там не разрешат делать то, что Москве не нужно. Я думаю, что гостиницы могут быть.

И. ПЕРЕСЕДОВ: А сроки такого строительства?

В. РЕСИН: Если упереться, то вместе с проектированием первую очередь за 3 года можно построить. Это мой опыт. Всю Олимпиаду в 1980 году построили за 5 лет.

И. ПЕРЕСЕДОВ: А очередей всего две будет?

В. РЕСИН: Думаю, несколько. Это же комплекс, а не только одно здание. То, что одно здание за 3 года – это вообще не вызывает сомнений.

М. АНДРЕЕВА: А те здания, которые сейчас собираются продавать, найдутся покупатели? Кем может быть востребовано?

В. РЕСИН: Конечно, найдутся. В самом сердце Москвы эти здания. Даже исходя из места, из обеспечения всей инженерной инфраструктурой.

И. ПЕРЕСЕДОВ: А Вы как депутат Государственной думы и член Комитета по земельным отношениям и строительству не планируете порекомендовать, чтобы нынешние здания, если они и будут проданы, то отходили бы отечественному бизнесу, а не зарубежному, чтобы в центре у нас не оказался офис транснациональной корпорации?

В. РЕСИН: К сожалению, бизнес – это космополит или интернационалист. Я думаю, что эти здания не допустят, чтобы приобрели те, кому нет доверия.

М. АНДРЕЕВА: Может в ситуацию вмешаться внешнеполитическая обстановка, и, например, если речь идёт об иностранных компаниях, возможно, они откажутся от своих прежних планов? Уже сейчас США вводят санкции, и, судя по всему, этим они не ограничатся. Возможно, что и часть инвесторов уйдёт с нашего рынка.

В. РЕСИН: Сам бизнес, экономика – это такая штука, которую трудно вот таким путём заставить прийти, уйти. Есть выгода, экономика, прибыль, тогда уже здесь подход чисто деловой. Я не думаю, что наши отношения с Западом так испортятся, что мы перейдём опять к 1970-1980 годам.

И. ПЕРЕСЕДОВ: +7-925-101-107-0 – телефон для sms-сообщений, сайт rusnovosti.ru. И тут же я вижу, 23-ий спрашивает: «Попросите Ресина охарактеризовать действия Горбачёва в развале СССР».

В. РЕСИН: Трудный вопрос задаёте. Я же не судья. Но я предметный человек, прагматик, сужу по результату. Был Советский Союз, был президент нашей страны Михаил Сергеевич Горбачёв. Сегодня Союза нет. Что можно сказать? Конечно, президент не сохранил ту страну, которой управлял. И вывод один, что из-за того, что он его не сохранил, сегодня страны этой нет.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Вы знаете Горбачёва и Януковича. Вы можете как-то две фигуры сравнить между собой?

В. РЕСИН: Я бы не хотел их сравнивать.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Тогда предлагаю поговорить об одном из важных проектов «200 храмов», в котором Вы выступаете главным советником, куратором. Программа началась в 2010 году, и за 10 лет должна полностью реализоваться. На какой стадии сейчас она находится?

В. РЕСИН: В результате всех эти переворотов, революций и нестабильных времён ситуация сложилась такая, что в Москве приходится на 43 тысячи человек только 1 храм. По России на 13 тысяч человек 1 храм. То есть мы в России занимаем последнее место. А в новых районах, спальных, и на 100 тысяч нет храма. Вы сами понимаете, что в Москве, в основном, живут христиане, поэтому вопрос назрел очень острый, и надо было его решать. Было принято решение, чтобы войти в какую-то элементарную норму, приблизиться к общему российскому показателю, надо было построить 200 храмов. Самая трудная задача была подобрать эти 200 мест. Подобрали. Вторая трудная задача – провести общественные слушания и сохранить эти места под строительство. Стали проводить общественные слушания, где-то по разным причинам 18 мест потеряли. Снова стали подыскивать, подобрали, снова слушания. И сегодня мы можем сказать, что есть 195 мест. Из них по 105 земля передана уже церкви под строительство. Из 105 участков в работ в разных стадиях находятся фактически все. По некоторым готовится градостроительная документация, по другим проектная документация. Примерно 18 храмов уже построено. 16 начнём строить в этом году с окончанием в будущем. То есть к концу 2015 года будет построено 34-35 храмов. Будут подготовлены под строительство ещё где-то 15-20 храмов. И так создана «зелёная волна»: градостроительство, проектирование, строительство. А перед градостроительством оформление земельного участка, его отвод. Учитывая, что финансирование народное, каждый из нас и вас сам в какую церковь ходит, носит деньги, на них всё и строится. Я думаю, на это 10-15 лет уйдёт. Вся программа – это где-то миллиард долларов.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Давайте о проблемах поговорим. Вы упомянули об общественных слушаниях. С какими трудностями там приходилось сталкиваться?

В. РЕСИН: При общественных слушаниях как раз основные проблемы и возникали. Это разные интересы людей. Предположим, некоторым лучше, чтобы в этом месте была детская площадка или площадка для прогулки с собаками, или чтобы вообще ничего не было. Здесь нельзя людей критиковать за это. Надо считаться. Решение принимает большинство. И мы в каждом таком случае, где люди против, мы не строим.

М. АНДРЕЕВА: А храмы разной площади?

В. РЕСИН: Разной. Сделано 8 храмов повторного применения на 200, 300 и 500 человек. Кроме этого, где участок земли позволяет и есть финансирование, строятся храмы по индивидуальным проектам.

И. ПЕРЕСЕДОВ: А кто вносит эти индивидуальные проекты?

В. РЕСИН: Сам застройщик. То есть тот благодетель и тот приход вносят эти предложения.

М. АНДРЕЕВА: Наш слушатель 56-ой: «Интересно, а кто решил, что эти храмы нужно строить? И за чей точно счёт?».

В. РЕСИН: За народный счёт. Решение принято Мэром Москвы и Святейшим Патриархом, для чего создан специальный Фонд, попечительский совет? которого они возглавили.

М. АНДРЕЕВА: Наш слушатель постоянный написал такое сообщение: «Храмов всё равно не хватает, но в Москве появились храмоборцы, которые поджигают строящиеся храмы, в сети изображают местных жителей, которые якобы против». А что были какие-то случаи поджогов?

В. РЕСИН: Я не слышал.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Появилось не так давно разоблачение, что есть якобы инициативная группа, которая ездит последовательно на все эти слушания и выступает от имени местных жителей. То есть зачастую в слушаниях участвуют не столько местные жители, которые по умолчанию согласны или как-то это принимают, сколько одно и то же ядро неприятелей.

В. РЕСИН: Такая группа, видимо, есть, потому что одни и те же люди появляются в разных местах и резко выступают против строительства.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Так, может быть, процедуру этих общественных слушаний можно как-то скорректировать, чтобы стопроцентно участвовали жители местного микрорайона?

В. РЕСИН: Так и стараются. И сами жители их разоблачают и выгоняют. Но мы не заинтересованы, чтобы были всякие потасовки.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Мне интересно, а какая архитектурная основа была принята для этих построек?

В. РЕСИН: У храмов архитектура тысячелетиями складывалась. И, конечно, та архитектура, которую наши архитекторы применяли, они использовали всю русскую, греческую архитектуру, то есть ту, по которой и раньше строились храмы. Никто ничего современного не придумывал.

М. АНДРЕЕВА: Опять же 37-ой слушатель, видимо, который не согласен с этой программой: «А давайте лучше 200 детских садов построим». Очень актуальная проблема для Москвы.

В. РЕСИН: И детские сады надо строить. Мы их сотнями строим. Роддома нужны и поликлиники. Какое к этому имеет отношение храм? Он строится на народные деньги, а детский сад на бюджетные. Они не конкуренты друг другу. Совершенно разные источники финансирования, разные мощности.

И. ПЕРЕСЕДОВ: А мне кажется, если честно, что невозможно подходить к развитию города сугубо из утилитарных позиций. Должно быть что-то, что просто красиво и духовно.

В. РЕСИН: Вы понимаете, если нам не поднять духовность, а мы не имеем с вами этой коммунистической идеологии, на которой я воспитывался, если и духовности нет, кто из нас вырастет?

М. АНДРЕЕВА: А Вы поститесь?

В. РЕСИН: Я по состоянию здоровья, к сожалению, не могу этого делать. У меня операция была на сердце. Но, по крайней мере, чтобы вес свой не увеличивать, стараюсь не объедаться.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Откройте нам секрет, чего ещё ждать в изменении внешнего вида Москвы?

В. РЕСИН: Пока у нас действует Генеральный план, который был утверждён несколько лет назад. За это время произошло присоединение новых территорий. Москва стала в 2,5 раза больше. Сейчас готовится новый Генеральный план, и там будет новое. Из новых дел вот эти храмы.

И. ПЕРЕСЕДОВ: Наших слушателей периодически очень волнует судьба места, на котором располагался памятник Дзержинскому. Прошла информация, что, возможно, там появится памятник князю Владимиру.

В. РЕСИН: Я думаю, что это приоритет Московской Думы. Насколько я знаю, она не разрешила восстанавливать там памятник Дзержинскому, но и не высказывала своё мнение о том, чтобы был памятник Владимиру.

И. ПЕРЕСЕДОВ: А Ваше ощущение?

В. РЕСИН: Моё ощущение такое, что в Москве очень много мест, и не там, где стоял памятник, Московская Дума может принять решение поставить памятник князю Владимиру.

М. АНДРЕЕВА: Ирина Чернявская присылает несколько сообщений. «Знаю лично Владимира Иосифовича. Попросила вас ещё раз поздравить с днём рождения, который был 21 февраля». Конечно, мы присоединяемся к поздравлениям. «Как в Москве осваивается подземное пространство?», — спрашивает Ирина.

В. РЕСИН: Подземное пространство, на мой взгляд, кроме метро и крупных объектов, которые были в своё время построены – торговый центр под «Манежем», крупная подземная стоянка у ВДНХ и ещё ряд довольно крупных объектов – осваивается всё-таки недостаточно.

И. ПЕРЕСЕДОВ: А есть такая возможность? Раздаются мнения, что специфика почвы не позволяет.

В. РЕСИН: Есть такая возможность. И сейчас этим вопросом занимаются. Конечно, ещё много подземных гаражей-стоянок было построено. Сейчас эта тема не отпала. В целом, по сравнению с Европой и Америкой подземное пространство Москвы использовано ещё недостаточно.

М. АНДРЕЕВА: Вопрос, которого следовало ожидать. «Каковы Ваши отношения с Лужковым и его супругой? Нужное подчеркнуть: дружеские, никакие, деловые, Вы не знаете кто это».

И. ПЕРЕСЕДОВ: Общаетесь сейчас?

В. РЕСИН: Мы не общаемся. Юрий Михайлович, видимо, на меня обиделся, и причина эта не во мне.

М. АНДРЕЕВА: Спасибо за то, что пришли. Владимир Ресин, депутат Государственной думы, член Комитета по земельным отношениям и строительству, председатель Комиссии по строительству зданий и сооружений, предназначенных для размещения Парламентского центр, был этот час в студии «Русской службы новостей».